Илиос был подобен мифическому богу. Стоило ему прикоснуться к ней — и она теряла рассудок, утрачивая ощущение реальности, на поверхность всплывали самые древние и непреодолимые человеческие влечения. Желание, которое он в ней пробуждал, овладевало ею с неистовой силой.
Они доплыли до дальнего конца бассейна, где шумел небольшой водопад. Вода стекала со скалы, возвышающейся над гротом, и мягкий свет, сочившийся из него, окрашивал воду в насыщенный сине-зеленый цвет.
Когда Илиос отпустил ее и встал, Лиззи обнаружила, что здесь совсем не глубоко.
Вода стекала по его телу, и Лиззи жадно следила за каждой каплей.
— И что? — Илиос заметил ее взгляд. — Ты что-то хочешь? Вот этого?
Он подался вперед и, обхватив Лиззи за талию, стал целовать ее шею и ложбинку между грудей, прикасаясь к влажной коже языком. И когда рука его легла на ее бедро, Лиззи тихо застонала от мучительного наслаждения.
Нестерпимое желание, пульсирующее в глубине ее тела, стало прорываться наружу.
Лиззи прижалась к Илиосу, раздвинув ноги. Но он лишь поднял ее из воды и поставил на бортик бассейна. А затем вышел сам. Сердце Лиззи бешено колотилось. Он так внезапно прервал свои ласки, что тело ее содрогнулось от боли.
Лиззи потянулась к нему, желая показать, что она чувствует. Она обхватила руками его лицо, как он сам делал до этого, а потом поцеловала его страстно и настойчиво, выгнувшись к нему всем телом.
— Нам надо вернуться в комнату, — сказал он низким, полным желания голосом и потянул ее в сторону спальни.
"
"— Знаю, — прошептала Лиззи. — Но я не могу отпустить тебя. Я тебя очень хочу. — Она снова поцеловала его.
Так, страстно целуя друг друга, они постепенно перешли в спальню, где Лиззи снова обняла Илиоса и стала целовать его, наслаждаясь вкусом его губ. Она гладила его плечи и спину, все больше возбуждаясь и наслаждаясь их интимностью. Теперь ей были доступны все тайные уголки его тела, она могла исследовать их и наслаждаться ими.
Ее пальцы прикасались к гладкой коже на его затылке, гладили его жесткие черные волосы, изучали форму его ушей, а чувства в это время фиксировали его отклики на ее прикосновения: вот он откинул голову назад, вот тихо застонал от удовольствия, вот учащенно задышал. Все эти моменты она отмечала в своем сердце.
В своем сердце? Но это означает… Смятение, охватившее ее, достигло каждой частицы ее тела и разума. Это было грозное предупреждение.