Подойдя к дому, они постучали сначала в дверь, а затем и в окно, но никто не спешил пускать их внутрь.
— Кажется, там никого нет, — объявила Лера, прижавшись носом к стеклу и прислонив к лицу ладони, чтобы было лучше видно. — Может, ушел куда-то?
— Не заперев дверь? — усомнилась Рита.
— А кого ему бояться? Здесь вокруг ни души, а деревенские боятся к нему ходить. И потом, — Лера соскочила с бревна, на котором стояла, и огляделась по сторонам, — он же колдун. Может, какую-то магическую защиту поставил, чтобы никто не вошел.
Мы это сейчас проверим.
Она толкнула входную дверь, и та с натужным скрипом отворилась.
— Лера, стой! — Рита схватила ее на предплечье. — Наверное, не стоит входить внутрь, пока нас не позвали.
— Да ладно тебе, мы же только посмотреть. Вдруг он спит?
— Днем?
— И что?"
"Рита пожала плечами, несмело входя за Лерой в темные сени. Здесь пахло чем-то затхлым, давно немытым телом и нестиранными вещами. Если бы с девушками был Марк, он наверняка уловил бы и еще один едва заметный запах, но они ничего не почувствовали.
И только когда аккуратно открылась еще одна дверь, ведущая из сеней в сам дом, Лера шагнула внутрь первой и тут же испуганно отпрянула назад.
— Что там? — спросила Рита, которая так и стояла в темноте сеней. Глаза еще не привыкли к свету, а потому она не сразу разглядела лежащего на полу старика в луже крови.
— Твою мать… — выругалась рядом Лера. — Не успели.
Рита потратила несколько секунд на пару вдохов, чтобы привести себя в чувство, а затем шагнула в комнату.
Старик, безусловно, был мертв. Широко распахнутые глаза, безжизненно смотревшие в потолок, уже подернулись пеленой, но она все же присела возле него, коснувшись рукой расписанной морщинами шеи. На вид колдуну было лет сто, если не больше. Покрытые щетиной щеки ввалились внутрь, через чуть приоткрытый рот виднелись остатки гнилых зубов.
— Кто мог это сделать? — пробормотала Рита, все еще разглядывая мертвое лицо.
— Да мало ли кто, — слишком нервно отозвалась Лера. — Мы уже поняли, что его в округе не сильно любили.
Рита поднялась на ноги и осмотрелась. Убранство комнаты состояло из старой печи, возле которой, несмотря на лето, лежала вязанка дров, лавки возле нее, и стола с двумя табуретками возле окна. На столе на нескольких щербатых тарелках лежали кусочки уже заветревшейся вареной колбасы, дольки помидоров и пара краюх хлеба. Возле окна стояла погасшая керосиновая лампа. Ксения была права, когда говорила, что даже электричества у колдуна нет.
