Планы на завтрашний день они строили еще пару часов, предварительно созвонившись по Скайпу с участковым. За окном уже начало темнеть, когда сначала заторопилась Лера, у которой на вечер был назначен клиент, а потом и Рита, которой еще следовало заскочить домой перед тем, как идти на работу.
— И все же, Рита, почему ты вернулась? — не удержался Марк, когда она уже застегивала замочки на босоножках.
Она молча закончила свое дело и медленно выпрямилась, лишь затем взглянув на него.
— Что конкретно тебя удивляет? — спокойно спросила она.
— Я не люблю незаконченных дел.
— Даже когда приходится их иметь с такими типами, как я?
Рита едва заметно улыбнулась, поправила одежду, повесила сумку на плечо и снова посмотрела на него.
— Вижу, ты все же хочешь правду. Ну что ж. Да, ты был прав: я умудрилась проникнуться к тебе какими-то чувствами, — спокойно, как будто речь шла о ком-то постороннем, сказала она. — Не знаю, можно ли это назвать влюбленностью или же это просто очарование новым необычным человеком.
Но что-то есть. И я хочу убедиться, что ты на самом деле такая эгоистичная сволочь, какой иногда кажешься, чтобы избавиться от этого чувства.
Марк криво усмехнулся.
— Это действительно похоже на правду.
— Вот все и выяснили. Жду вас завтра в половине десятого возле больницы.
Рита кивнула ему на прощание и вышла из квартиры. Так же спокойно дошла до лифта, и лишь на улице позволила себе наконец выдохнуть. Руки дрожали как от холода, хотя футболка прилипла к спине, а мысли в голове путались.
Последний разговор потребовал от нее слишком много сил, чтобы слова звучали ровно, а взгляд был безразличным. Она соврала ему: на самом деле она хотела убедиться в обратном. Потому что это не могло быть правдой.
***
Клиентка была беспроблемной: затюканная жизнью женщина за сорок. Таких Лера щелкала, как орешки, даже не особенно напрягаясь. Они верили всему, что она показывала, даже если реальность трещала по швам, потому что Лера периодически отвлекалась на свои мысли. Вот и сегодня она то и дело возвращалась мыслями к предстоящему разговору, мало заботясь о том, что там говорит женщине ее «мать».
Разговор предстоял сложный, поскольку она собиралась наконец потребовать каких-то взаимных услуг, а собеседник пугал ее до дрожи в коленках. Она была даже рада, что он отказывается встретиться с ней в настоящей реальности, требуя, чтобы она создавала искусственную. У нее при этом оставалась призрачная надежда на то, что ситуацию контролирует она.
