Книга, надо признать, получилась захватывающая. Стефани рассказывала, как она устроилась в «Орфеа кроникл», чтобы под этим прикрытием спокойно расследовать убийство четырех человек в 1994 году."
"Однако грань между документальным повествованием и вымыслом уловить было сложно. Если она описывает только реальные факты, тогда кто тот таинственный заказчик, что попросил ее написать книгу? И зачем он это сделал? Имени его она не называла, но из ее слов вроде бы следовало, что она с ним знакома и что в день убийства он находился в Большом театре.
— Возможно, поэтому мне и не дает покоя это происшествие. Я был в зале, смотрел спектакль. Очень посредственную постановку «Дяди Вани». А настоящая, захватывающая трагедия разворачивалась в это время всего в нескольких улицах от меня, в квартале Пенфилд. С того вечера я постоянно задаюсь вопросом, что там могло произойти, и постоянно говорю себе, что из этой истории получился бы обалденный детектив.
— Но, насколько я знаю, убийцу нашли. Им был некий Тед Тенненбаум, ресторатор из Орфеа.
— Знаю, Стефани. И знаю, что все улики подтверждают его вину. Но полной уверенности у меня нет. В тот вечер он дежурил в театре как пожарный. А я без чего-то семь вышел на улицу размять ноги и видел, как мимо проехал фургон. Опознать его было легко, у него наклейка на заднем стекле. Позже я понял из газет, что это машина Теда Тенненбаума. Проблема в том, что за рулем был не он.
— Что еще за история с фургоном? — спросила Анна.
— Фургон Теда Тенненбаума был одной из главных улик, из-за фургона его и задержали, — объяснил Дерек.
— Один из свидетелей официально подтвердил, что машина эта стояла перед домом мэра непосредственно перед убийством.
— Стало быть, фургон его, но за рулем был не он? — задумалась Анна.
— Ну, так утверждает этот человек, — произнес я. — Потому-то Стефани и подошла ко мне со словами, что мы промахнулись с преступником.
— Значит, кто-то все эти годы сомневался в том, что он виновен, но ничего нам не сказал? — удивился Дерек.
Для всех нас троих было очевидно одно: если бы Стефани исчезла по доброй воле, она бы никогда не уехала без компьютера.
К несчастью, наша уверенность подтвердилась. На следующее утро, в среду 2 июля, одна дама, орнитолог-любитель, прогуливалась на заре возле Оленьего озера; она заметила, что вдали, в зарослях кувшинок и тростника, плавает какой-то тюк. Ей стало любопытно, она достала бинокль. Долго вглядывалась в озеро и наконец поняла, что видит человеческое тело.
