Нам с Дереком надо было возвращаться в окружное отделение полиции штата к майору.
Маккенна хотел нас видеть с отчетом по ситуации. Анна предложила взять на себя чтение дневников Меган Пейделин.
— Может, поделим работу, не хочешь? — предложил я.
— Нет, я как раз рада, будет чем занять голову. Мне это нужно.
— Очень сочувствую насчет этого назначения.
— Что ж делать, раз так, — отозвалась Анна, всеми силами стараясь держаться в нашем присутствии.
Мы с Дереком уехали к майору.
Анна, вернувшись в Орфеа, заехала на работу.
Все полицейские собрались в зале отдыха, где Монтейн произносил небольшую импровизированную речь по случаю вступления в должность.
Анне не хватило духу остаться. Она решила поехать домой и углубиться в дневники Меган. В дверях она столкнулась с Брауном.
Мгновение она молча смотрела на него, потом спросила:
— Почему вы так со мной поступили, Алан?
— Ты посмотри, Анна, в каком мы говне. Позволю себе напомнить, что отчасти виновата в этом ты. Тебе так хотелось заняться этим расследованием, ну так получай последствия.
— Вы меня наказываете за то, что я делала свою работу? Да, мне пришлось допросить и вас, и вашу жену, потому что это было нужно для расследования. Мы не делали вам поблажек, Алан, и это как раз доказывает, что я хороший коп. Что же до пьесы Харви, то если вы ее называете говном, то позвольте напомнить, что именно вы его сюда притащили. Вы не желаете признавать свои ошибки, Алан. Вы не лучше Гулливера и Монтейна.
Видите себя эдаким царем-философом, а на самом деле вы мелкий узколобый самодур.
— Иди домой, Анна. Если тебе не нравится, можешь уходить из полиции.
Анна вернулась домой, кипя от ярости. Едва переступив порог, она рухнула прямо в прихожей и расплакалась. Долго рыдала, сидя прямо на полу, привалившись к комоду. Что делать? И кому позвонить? Лорен? Та скажет, что предупреждала, что жизнь в Орфеа ей не подойдет. Матери? Та в очередной раз начнет читать ей мораль.
Наконец она проплакалась и успокоилась, и тут ее взгляд упал на коробку с дневниками Меган Пейделин, которую она захватила с собой.
Она решила заняться ими. Налила себе вина, устроилась в кресле и начала читать.
Начала она прямо с середины 1993 года и стала изучать последний год жизни Меган, до июля 1994-го.
Поначалу ее одолела страшная скука. Меган описывала свою жизнь подробно и нудно. Анна понимала, что́ должен был чувствовать муж, читая эти строки.
