Когда мы подбегали к сцене, она начинала вторую фразу:
— Имя убийцы…
Раздались два выстрела, и Дакота рухнула на пол.
Толпа взвыла. Мы с Дереком выхватили револьверы и кинулись на сцену, крича по радиосвязи: «Стрельба! Стрельба!» В зале зажегся свет, вспыхнула паника. Перепуганные зрители всеми силами пытались убежать, началось столпотворение. Мы не видели, кто стрелял. Анна тоже. И нам не под силу было удержать людской поток, рвавшийся наружу через все запасные выходы. Стрелок смешался с толпой. Возможно, он был уже далеко.
Дакота распростерлась на сцене, ее били конвульсии, все вокруг было залито кровью. Джерри, Шарлотта и Харви бросились к ней. Джерри истошно кричал. Я нажимал на раны, останавливая кровотечение, Дерек надрывался по радио: «У нас раненый! Пулевое ранение! Срочно врача на сцену!»
Поток зрителей хлынул на Мейн-стрит. Полиция была не в силах сдержать гигантскую, охваченную паникой толпу. Люди кричали. Все говорили о покушении на убийство.
Стивен и Элис бежали до тех пор, пока не очутились в маленьком пустынном парке.
Там они остановились перевести дыхание.
— Да что случилось? — спросила перепуганная Элис.
— Понятия не имею, — ответил Стивен.
Элис обвела взглядом улицу. Никого. Безлюдная пустыня. Они бежали долго. Стивен понял, что момент настал: сейчас или никогда. Элис стояла к нему спиной. Он подобрал с земли камень и с невероятной силой ударил Элис по голове. Череп у нее раскололся, и она рухнула на землю. Мертвая.
Стивен, в ужасе от собственного поступка, бросил камень и попятился, глядя на неподвижное тело.
Его чуть не вырвало. Он в панике огляделся. По-прежнему никого. Его никто не видел. Он оттащил тело Элис в канаву и со всех ног бросился по направлению к «Палас дю Лак».
С Мейн-стрит доносились крики и вой сирен. К Большому театру неслись машины оперативных служб.
Настал полный хаос.
Настала Черная ночь.
Анна Каннер
Пятница, 21 сентября 2012 года. День, когда рухнуло все.
До этого у меня все было хорошо. И в профессиональной жизни, и в личной. Я работала инспектором в уголовном отделе 55-го участка.
Марк — адвокатом в бюро моего отца; сеть его клиентов-бизнесменов постоянно росла, а с нею росли и доходы. Мы любили друг друга. Счастливая семья, и в работе, и дома. Счастливые молодожены. Мне даже казалось, что наша семейная жизнь счастливее и полнее, чем у большинства наших знакомых. Я часто себя с ними сравнивала.
По-моему, первая трещина в наших отношениях появилась после моего назначения на новый пост в полиции.
