Все в традиционном русском стиле, как и обещал устав Собрания.
– Я вас слушаю, товарищ Коба, – сказал Карелин, разливая по чашкам чай.
– Товарищ Карелин, – сказал Коба, – у меня для вас еще одно письмо. На этот раз не к члену правления Собрания, а к члену партии большевиков…
С этими словами Коба протянул Карелину еще один сложенный вчетверо листок бумаги. Тот машинально взял его и прочитал:
Товарищ Карелин! Архинужно и архиважно! Поскольку легальная работа с рабочим движением становится наиважнейшим участком работы для партии большевиков, прошу вас приложить все усилия для того, чтобы товарищ Коба смог принять на себя руководство Собранием фабрично-заводских рабочих города Санкт-Петербурга.
Это надежнейший товарищ и опытный организатор, поставленный партией на этот участок работы.
С большевистским приветом Владимир Ульянов-Ленин.
– Значит так, – сказал Карелин, барабаня пальцами по столу, – товарищ Ленин признал все-таки мою правоту в вопросе о важности легальной работы?
– Вы не поверите, товарищ Карелин, – сказал Коба, понизив голос, – но обстановка в Российской империи после первого марта по отношению к рабочему движению радикально изменилась.
Изменилась так, как будто вчера была зима, а сегодня вдруг наступило лето.
– Конечно, не поверю, товарищ Коба, – произнес Карелин, – а с чего бы ей меняться?
– А что вы скажете на это? – Коба с видом фокусника, показывающего сложный трюк, сунул руку во внутренний карман своего полупальто и вытащил оттуда небольшую фотографическую карточку, на которой были изображены товарищи Ульянов-Ленин и Коба в компании государя-императора Михаила II, главы государственной безопасности господина Тамбовцева, а также еще нескольких персон, как определил Карелин, «нездешней наружности».
Особенно привлекала его взгляд женщина неопределенного возраста, одетая в военный мундир с погонами полковника гвардии. Причем сидел он на ней так, будто она носила его всю жизнь.
– Узнаете, товарищ Карелин? – шепотом спросил Коба.
– Узнаю, – ответил Карелин, отодвигая от себя фотографию, и недоверчиво спросил: – И как так могло случиться, что два большевика фотографируются в компании императора и самого злобного душителя свободы за последние сто лет?
– А какую свободу задушил ТОВАРИЩ Тамбовцев? – вопросом на вопрос ответил Коба. – Если вы о свободе кидаться бомбами направо и налево, то, как вы знаете, партия большевиков категорически возражает против террора.
![Обложка книги Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация [СИ]](/uploads/posts/images/6/alyi-flag-akvilonii-itogovaia-transformatsiia-si.jpg)
