Приказав подать к борту катер, адмирал Ларионов оделся, собрался и, сунув в карман послание императора, направился на флагманский «Петропавловск» посоветоваться… Адмирал Алексеев, кстати, очень любит подобные моменты, когда человек, не признающий его главенства и управляющий страшными орудиями войны, в то же время признает его старшинство, накопленную с годами мудрость, организационный талант, опыт, полученный в многочисленных плаваниях, и умение ориентироваться в дворцовых интригах.
"
"Кстати, адмирала Алексеева порадовало известие о том, что вся безобразовская шайка-лейка, включая адмирала Абазу – его злейшие недруги и недоброжелатели – загремели в камеры «Новой Голландии», и в отношении них ведется следствие по делу о государственной измене. Из их компании удалось выйти сухим из воды лишь великому князю Александру Михайловичу, который вовремя сориентировался и оказался на стороне нового императора.
У парадного трапа «Петропавловска» адмирала Ларионова уже ждали.
Вахтенный офицер отдал честь, матросы взяли винтовки на караул, после чего гостя сопроводили на мостик, где под натянутым тентом для адмиралов был накрыт столик. Там же Алексеев с нетерпением ожидал гостя из будущего.
– Добрый день, Виктор Сергеевич, – приветствовал он адмирала Ларионова, – что привело вас ко мне в столь ранний час? Неужели вы получили известие, которое изменит наши с вами планы? Вы ведь сегодня утром собирались выходить в поход, а мы, попрощавшись с вами, были уже готовы выбирать якоря и потихоньку возвращаться в Фузан.
– Планы меняются, Евгений Иванович, – сказал адмирал Ларионов, доставая из кармана послание императора Михаила. – Вот, только что получил из Петербурга. Читайте, там есть и то, что касается лично вас.
– Дайте, дайте, – нетерпеливо произнес адмирал Алексеев, доставая из кармана своего адмиральского мундира очки. Нацепив их на нос, он стал внимательно изучать полученную сегодня утром бумагу.
– Да-с, – сказал он, дочитав послание императора до конца, – с волею монарха нам спорить нельзя! Хотя, конечно, приказ этот меня, мягко говоря, не обрадовал. Последний современный броненосец, и тот у меня забирают…
– Не прибедняйтесь, Евгений Иванович, – улыбнулся адмирал Ларионов, – у вас еще остается пять далеко еще не устаревших и сильных броненосцев, да три британских трофея, да два японских подранка.