Он, не торопясь, раздевал меня догола, но оставлял трусики. Когда он входил в меня — почти всегда в задний проход, — он сдвигал их немного в сторону; он всегда при этом сжимал свой пенис у самого основания, там, где яички."
"Прошло несколько месяцев, и оказалось, что одних трусиков ему недостаточно. Я купила себе летнее платье, коротенькое и цветастое. Он примерил его на себя. Я не могла удержаться от смеха и немедленно трахнула его прямо в этом платье. Лишь немного подпортило удовольствие то, что у А-2 бедра узкие, уже моих, а ноги красивей.
Как-то раз в выходные он предложил:
— А давай-ка мы с тобой сходим по магазинам!
Он не поскупился на несколько коротеньких, прелестных платьиц, которые поселились в его шкафу по соседству с трусиками.
Я знала, что у него есть и другая женщина. Он сообщил мне об этом еще до того, как мы стали с ним спать. Вероятно, я пыталась уверить себя, что там у них все уже почти кончено: жила она далековато, в другом городе, в нескольких часах езды, а кроме того, насколько я успела узнать, вела она себя с ним как настоящая стерва.
Но вот как-то раз ему пришло в голову съездить в этот город, захотелось вдруг встретиться с тамошними друзьями. Несколько дней я ходила, стараясь не замечать раздражающий вес ключа от его квартиры в кармане, но потом не выдержала, уж очень сильным было искушение. Я пришла к нему на квартиру, перевернула все вверх дном, пытаясь найти хоть какое-нибудь свидетельство ее существования: фотографии, письма.
И нашла-таки. Одна фотография особенно меня поразила, даже сердце защемило: и в самом деле прекрасное лицо, ослепительная улыбка и пижама, расстегнутая до пупа. Я отыскала номер ее телефона, имя, и позвонила. Трубку никто не снял. Я оставила на автоответчике сообщение: «Это подруга А-2, я просто хотела поговорить с вами — не беспокойтесь, это не срочно». Она перезвонила.
— Здравствуйте, — услышала я в трубке, голос ее звучал устало.
Я едва удержалась, чтобы не закричать.
К горлу подкатил ком, в ушах застучало.
— Вы знаете, кто я? — спросила я.
— Наслышана, — ответила она.
Я рассказала ей все про нас с А-2. Она казалась совершенно спокойной.
— Что ж, спасибо, — сказала она под конец.
Через день после того, как он вернулся, я примчалась к нему.
Он ждал меня. Он сказал, что я очень ее расстроила. Какое я имела право совать свой нос, куда не следует?
Я молчала. Меня всю так и трясло от злости.
