То же самое можно было сказать и про второго — думаю, ему очень хотелось остаться со мной наедине. Уже давно прошел тот час, когда я обычно ложусь в постель, и я надеялась, что один из них не выдержит и отправится домой, но они оказались крепкими парнями.
— Ну что ж, — сказала я, — кровать у меня двуспальная, а нас трое, так что одному из вас не повезло, придется спать на диване.
Они переглянулись. Потом одновременно посмотрели на меня. Никто из них не вызвался добровольно отправиться на диван.
— Ну, мальчики, вы оба парни высокие, на диване вам будет неудобно, так что предлагаю обоим кровать.
А мне диван по росту как раз будет.
И снова — никакой реакции.
— Ну не спать же нам всем вместе, а, парни? Прошла еще минута молчания, в течение которой они усиленно семафорили друг другу что-то бровями, а я пыталась расшифровать, что бы это значило.
— Я пойду на диван, — решился наконец тот, с которым у меня было Свидание. Мы по очереди сходили в ванную, я принесла стеганое одеяло и две простыни.
Тот, с которым у меня было Свидание, расстелил только простыни.
— Ночью будет холодно, — сказала я. — Возьми одеяло.
— Ну, ладно, оставь, — пожал он плечами, — на всякий пожарный.
Мы с Н. отправились в спальню. Н. прикрыл дверь.
— Не надо, — прошипела я, — он подумает, что мы с тобой занимаемся любовью.
Я снова распахнула ее настежь.
— Что ты так переживаешь? И вообще, он, может, давно уже спит.
Не знаю, почему я так переживала. И не переживала вовсе. Просто мне показалось, что совсем закрывать дверь — нехорошо.
Через несколько часов я проснулась, во рту пересохло — еще бы, столько было выпито. Заковыляла на кухню, чтобы чего-нибудь попить. Тот, с которым у меня было Свидание, лежал на диване, свернувшись калачиком. Он все-таки накрылся одеялом, но все равно казалось, что он очень замерз. Я поплелась обратно в спальню, взяла там дубленку, вернулась и накрыла ему ноги. Он даже не проснулся.
jatdi, le 29 Janvier
Все люди либо очень доверчивы, либо я сама вызываю у них больше доверия, чем заслуживаю.
Недавно я успешно провела операцию по обработке моей квартирной хозяйки и убедила ее, что моей квартире позарез нужен ремонт. Под тем предлогом, что, мол, все равно большинство кухонных прибамбасов надо менять, я полностью поменяла все занавески. Будем надеяться, это все увенчается прекрасным языческим обрядом, во время которого вся старая рухлядь станет, весело потрескивая, гореть ярким пламенем.
