Он подробно рассказывал, как она бесновалась, когда кончала. И так далее, и тому подобное.
— Боже мой, если бы она только разрешила, я бы с огромным удовольствием переспал с ней еще раз. Всего только раз, ну просто в память о нашем прошлом.
«А вот я бы не хотела еще раз переспать хотя бы разочек ни с одним из своих бывших. На девяносто пять процентов уверена в этом, — думала я, слушая его. — Впрочем, смотря по тому, куда дует ветер и как сложатся обстоятельства».
— Да, милый, было бы просто здорово. Наверняка получилось бы даже лучше, чем раньше.
— Ты хочешь сказать, они у нее теперь лучше, чем прежде? — спросил он, щупая пальцами воздух перед собой.
— Ну да, конечно. Именно это я и имела в виду. Он посмотрел мне в глаза и улыбнулся.
— Значит, если мне удастся затащить ее в постель, и, если она будет не против, ты составишь нам компанию... втроем, а?
«Ну уж нет, мой сладенький, — думаю я. — Она ни в коем случае не скажет тебе да, а если и скажет, то я не соглашусь».
— А ты попробуй, дружочек, — говорю я вслух.
— Чем больше народу, тем веселей!
Н. кладет руку мне на плечо.
— Ты... лучше тебя нет на свете женщины, ты знаешь это?
К счастью, он будет так еще долго думать. Мне с достоверностью в сто процентов сообщили, что эта Его Первая и Единственная не позволила ему большей близости, чем неловкое объятие при расставании. Пускай себе сколько угодно думает и дальше, что я — какая-то секс-праведница."
"jeudi, le 22 Janvier
— Дорогая, сегодня днем ты свободна? У тебя есть клиент! Я сидела дома, красила лаком ногти на ногах и чувствовала себя очень не в своей тарелке.
Всё меня раздражало.
— Нет, боюсь, не получится, у меня критические дни... Я подозреваю, что она либо не очень-то помнит, когда
у нас месячные, либо слишком деликатна, чтобы поймать меня на очевидной лжи.
Впрочем, в данном случае я не соврала. Но две недели назад я уже ссылалась на критические дни, и тогда это было чистой воды вранье.
— Это такой мужчи-и-ина, он очень богатый, — сказала она.
— Заладил одно, что ему никого не надо, кроме тебя.
— Не могу! — я едва удержалась, чтоб не заорать. Интересно, куда я, черт побери, засунула нурофен, нигде найти не могу, да и не только его, но кое-что куда более важное в этой ситуации. А туг еще ногти намазаны, надо ухитриться не размазать, пока сохнет лак. — Не думаю, что ему понравится кровь на простынях.
— Он звонит из гостиницы.
— Пускай звонит кто угодно и откуда угодно.
