Его надо разбудить, вырвать из кошмарных сновидений. Но как?..
— Матвей.
Позвала негромко, надеясь быть услышанной. Безрезультатно.
— Убью!!!!
Крик сотряс воздух.
Ася нелицеприятно выругалась и позвала ещё громче:
— Матвей!
Результат был таким же. Нулевым.
Голова мужчины металась из стороны в сторону, капельки испарины выступили на скулах и шее. Торс выгнулся, точно тело само желало вырвать хозяина из цепких лап ужаса.
Ася больше не могла смотреть на его мучения и дотронулась до обнаженного плеча Матвея.
— Ионов, проснись!! — она уже почти кричала.
Прикасаться к человеку, погруженному в сон — ошибка. И Ася это знала. Только выхода у неё не было. Не выливать же на него кружку холодной воды!
Ионов, почувствовав чужое прикосновение, среагировал мгновенно — зарычал и набросился на Асю. Та не успела даже ойкнуть — её подкинули в воздух, перевернули, а потом подмяли под себя. Жестко подмяли.
В глазах зарябило, появился шум в ушах, дыхание сперло в груди. Ионов оказался тяжелым.
— Ты!.. — в его глазах полыхнуло безумие, а руки с силой сжали плечи Аси.
Он смотрел на неё, но не узнавал.
Ася закричала от боли и попыталась скинуть с себя мужчину.
— Матвей, это я! Проснись! И отпусти меня! Тебе снился кошмар, и я…
Он мотнул головой и оборвал её сбивчивую речь. Оборвал самым, что ни на есть, бесцеремонным и наглым образом.
Впился в её губы жадным, жестким поцелуем.
Его губы не церемонились с ней, так же, как его руки и само тело. Он набросился на неё, точно путник, идущий по пустыне несколько дней, изнывающий от жажды и жары, и, наконец-то, увидевший оазис.
Поцелуй мужчины, привыкшего быть доминантом. Он завладел её губами разом, нахрапом, вторгся в рот языком. Сминая ее губы, он пробовал их на вкус. Хотя нет, не пробовал. Пробуют осторожно, спрашивая. Здесь вели себя по-хозяйски.
Он прикасался к ней так, словно она дала ему на это все права.
Руки Матвея намертво пригвоздили её к мягкому матрасу, а навалившееся сверху тело не позволяло делать лишних движений. Никаких.
Тело Ионова было тяжелым.
Но отчего эта тяжесть была приятной?
Ася растерялась, заметалась и глухо застонала. Ничего не скажешь, хороший способ пробуждения. И губы тоже хороши. Про поцелуй она вообще молчала. Не позволила себе поддаться слабости и ответить на него. Чужая спальня. Чужая кровать. Чужой мужчина.
Замычала в чужие губы, надеясь, что Ионов хоть как-то отреагирует.
Отреагировал. Усилил напор, желая получить доступ к более сокровенным тайнам женского тела.
