В Центре ничего не меняется. Матвей, вся надежда на тебя. Не могу я отдать Асю нашим парням. Всё равно дергаться буду. Хочу, чтобы она под твоим присмотром была.
— Мне не нравится твоя идея.
— А мне не нравится, что не знаю, где этот долбаный педофил-убийца! От тюряги, сука, открестился, под дурочка закосил! Вот что вдвойне напрягает, — Алексей нервно провел ладонью по коротким всё ещё влажным волосам. — Матвей, выручай.
Матвей не спешил с ответом. Ситуация складывалась откровенно говоря прескверная. Отказать бывшему сослуживцу он мог с легкостью.
Несмотря на сомнения Лехи, парни из Центра смогут обеспечить Асе должную охрану, он не сомневался. Возьмут девчонку под контроль. Не в первой. Смущали другие факторы. То, что убийца знал о передвижениях Аси, одно дело. Но каким образом он оказался на свободе и кто за это несет ответственность — это другое.
— Думаешь, это побег? — озвучил Ионов собственные мысли.
— Скорее всего. Но меня напрягает, что нет никакой информации. Полиция, Центр, ФСБ — везде глухо, будто и не было ничего.
Такое ощущение, что его прикрывают…
Матвей сузил глаза. Да, это настораживало, и довольно серьезно. Человек не иголка, просто так исчезнуть не может, особенно из-под стражи, а вот если это все же случилось, значит, кто-то хорошо постарался…
А еще… девчонка.
Такая нежная. Ранимая.
Он вспомнил ее в тот момент, когда остановил в лесу, чтобы вернуть в дом. Тогда ему показалось, что она набросится на него с кулаками. Ну, или пошлет по матушке. Нет. Обошлось всё миролюбиво.
А когда она упала в грязь, ему захотелось ее утешить, прижать к себе, укрыть от дождя…
И это было хуже всего.
Впускать в свою жизнь еще одну Ионов не собирался.
Даже в качестве подопечной.
— Я подумаю, — глухо отозвался он, в очередной раз наполняя стаканы. Бутылка стремительно пустела, но мужчины не хмелели.
— И долго будешь думать, брат? У меня нет времени.
— Всё равно машина сломана. Придется вызывать эвакуатор, чтобы доставить её в город.
На щеках Соломова, покрытых трехдневной щетиной, появился легкий румянец.
— Машина сломана для Аси, — признался он с заговорщицким видом.
— Ёперный театр, Соломов, ты чего творишь?! — вспылил Ионов.
— То, что надо, то и творю. Асю назад в город я не повезу. Она останется у тебя. Точка.
— Пытаешься навязать? — мгновенно посуровел Ионов.
— Понимай, как хочешь. Сам подумай, что с ней будет. Она и к тебе-то согласилась поехать через ""не могу"" и ""не хочу никого стеснять"".
