И эта тревога мало походила на обеспокоенность за хорошего знакомого. Всё было куда серьезнее.
Люди вокруг сидели, стояли, прохаживались. О чем-то болтали, жевали нехитрую еду, пили дешевый растворимый кофе или газированные напитки из одноразовых стаканчиков и чувствовали себя превосходно. Жизнь текла в обычном режиме. Никто из них даже представить себе не мог, что рядом с ними умирает от беспокойства неприметная бледная девушка.
Когда рядом с Асей материализовался Матвей, она негромко вскрикнула.
— Ты чего? — улыбнулся мужчина.
— А ты чего? — Ася схватилась за сердце и поднялась на ноги. Быстро осмотрела Матвея. Выглядел он отлично. Нигде не помят, не поцарапан. Спортивная сумка по-прежнему на плече (и сдалась она ей). Стоит, спокойно смотрит на неё, как ни в чем не бывало.
— Я рассчитывал немного на другое приветствие. И уж точно не на насупленные брови.
— Я не заметила, как ты подошёл, — выдохнула она, подавляя в себе сумасшедшее желание кинуться к нему на шею и расцеловать. Расцеловать всего — губы, такие мягкие, полные, щеки без щетины, глаза, в которых сейчас затаились смешливые огоньки.
— Я умею ходить бесшумно. Всё хорошо?
Он дотронулся до её талии.
Как свой.
Как мужчина, имеющий на неё все права.
Ася сглотнула.
— Я волновалась.
— Зачем?
— Как зачем? Ты же ушёл…
— Ася, — он замолчал и сделал жест, окончательно добившей её — прислонился лбом к её лбу. — Перестань.
— Я серьезно волновалась…
Она притихла, опасаясь шелохнуться и спугнуть легкое очарование момента.
— Не стоило.
— Но ты…
— Что я? Вправил мозги парню. И только.
Ася нахмурилась.
— И как понимать твои слова?
— Считай, что я с ним поговорил по-мужски. Объяснил, что такое хорошо, а что такое плохо.
— Матвей!
— Что?
— Объясни по-человечески.
— Я и объясняю.
— Я видела полицейских, спешивших на платформу.
— Не к нам точно.
— Но…
— Женщина, ты угомонишься или нет?
Он улыбался.
Стоял и улыбался. Искренне.
Ася задрожала и прижалась к нему.
— Он не убьет бывшую девушку?
— Я ушел в тот момент, когда они целовались, активно исследуя друг друга руками, губами и языками.
Ася прыснула.
— Серьезно?
— Похоже, что я шучу?
— Вот же…
— Молодежь, что с них возьмешь.
— А пистолет?
— Я решил, что мне он нужнее. Это обычная пневматика, на него даже разрешение не нужно.
— Даже так?
— Да.
От сердца отлегло. Ася не стала размышлять, правильно ли сделал Матвей, не сдав молодого человека полиции и забрав себе его пистолет. Он опытнее её, ему виднее.
