И Ася не выдержала:
— Дай…
— Что тебе дать, девочка?
Она не узнала голос Ионова. Покрытый страстью и первозданным желанием, он приобрел новые, более хриплые, низкие нотки.
— Дай мне…
Она здоровой рукой уперлась ему в грудь, чуть отталкивая.
— Зачем?.. Куда ты?..
— Надо.
Пришла её очередь опускаться на корточки.
Стон, идущий из самого мужского нутра, подсказал Асе, что она на правильном пути. Да она и сама знала. Потому что желала этого. Желала прикоснуться к нему. Попробовать его на вкус. Как он это проделал ранее с ней.
Брюки — теперь его — мешали. И она повторила действия Матвея — стянула их. Матвей приглушенно выругался, и впервые его ругательство не вызвало раздражения, а, напротив, подхлестнуло Асю, сказало ей, что она все делает верно.
Её губы сомкнулись на его головке и скользнули дальше.
…да, вот так, мой хороший… дай мне себя… почувствовать тебя в себе… слизнуть терпкие капельки… на всю длину… Господи, я смогла взять тебя всего…
— Аська!!
Гортанно. Проникновенно. На грани.
Её потянули за волосы, заставив подняться.
Два омута глаз потонули друг в друге.
— А ну, иди сюда, маленькая хулиганка.
Он рывком потянул её на мягкие сиденья. Страхуя раненую руку, распластал под собой, чтобы снова властно, собственнически погрузиться в её притягательную влажность и свести с ума остервенелыми толчками.
***
Если Асю кто-нибудь из подруг спросил бы, можно ли заниматься сексом всю ночь и хотеть мужчину снова и снова, она без колебаний, без секундной заминки сказала бы ""да"".
Можно. И это, черт возьми, нереально классно. ""Крышесносно"". Так и должно быть. Вот просто должно. Это правильно! Когда хочется прикосновений снова и снова. Когда всегда мало. Когда ты только что кончила, твоё тело еще бьется в сладостной судороге, твои внутренние мышцы напряжены до предела, а спина снова выгибается дугой и с губ срывается:
— Пососи.
И ты отдаешь груди с напряженными сосками во власть мужских губ.
А тому только это и надо.
Когда движения внутри тебя вызывают сумасшедший вихрь невероятно захватывающих эмоций.
Когда ты готова отдавать себя всю без остатка. Когда хочется, чтобы руки, язык, член снова и снова прикасались к твоему телу.
Всюду.
Ася лежала на животе, уткнувшись головой в подушку и часто дышала. Вторая подушка — Матвея — подсунута под бедра. Его член, окутанный её влагой, скользил между бедер, дразня.
Ася поерзала бедрами, вскинула их кверху, и головка члена, словно невзначай, ткнулась в анус девушке. Матвей замер.
