Ведь сейчас ему действительно надо бы и саму расспросить незнакомку, доверие за здоров-живёшь не купишь, его надо заслужить и подтвердить.
— Значит, как Фирс, только девица, ну что ж, позволяю вам дело начатое завершить, мне лично докладывать, осторожно, только чтобы накануне поединка не получилось раздора с противниками! Остальное сам знаешь!
— С Радмилой как-то надо разобраться, всё же есть на них грех, даже с холопами так не обращаются, как они с родственницей.
Со свету сжили. Прощайте, завтра приеду с докладом.
Ярополк ответил на крепкое рукопожатие дяди и поспешил в карету, неприятно, что Радмила уже ждёт, сейчас начнёт поскуливать и просить о снисхождении.
Но Радмила всю дорогу ехала молча, лишь пару раз взглянула на князя и снова в окно. Как только карета остановилась в широком дворцовом подворье для карет, князь молча вышел и оставил её одну.
Вот что означают слова: «Впасть в немилость!»
Девицу передёрнуло от раздражения, сама осторожно спустилась по ступеням и заметила, что её небольшой экипаж так и стоит у чайной для извозчиков, осталось пройти несколько шагов по ужасно скользкой, неровной мостовой.
Ножки в изящных ботиночках замёрзли, муфта не позволяет подол придержать, а без муфты очень уж холодно пальцам в кружевных перчатках. Всё не так, как хочется!
Спешит красавица, от злости чуть не плачет."
"— Поберегись, барыня! — раздался вопль сзади, и сразу противный скрип, карету занесло на повороте, или кони проскользили, от испуга Рада попыталась отпрыгнуть, но не удержалась на ногах и завалилась на льду, да так, что и верхняя юбка задралась.
Повторила позор Ксении при всём честном народе.
Кто-то из мужиков свистит, кто-то бежит на помощь.
Быстрее встать и сбежать от позора, повернулась набок, поправила юбку, и в этот момент над ней возник молодой человек, взял её под ручки и поставил на ноги и так ласково прошептал:
— Ах, милая Радмила Савельевна, не сочтите за дерзость мою помощь, могу ли вас сопроводить? — от такой изысканной манеры извиниться и помощи вся тоска-печаль развеялась, девушка подняла взгляд и узнала спасителя.
Один из знатных женихов, боярский сын, Григорий Черноводов, один из тех охальников, что Ксеньке юбку узлом завязал.
