Этого хватило, чтобы ударить лбом ему в челюсть и одновременно согнуть второе колено. Обхватила парня ногами за талию и резко крутанулась. Плечо опалила боль, ожидаемая, обидная, но придавшая злости и сил. Я села на юношу верхом.
Выручило то, что руки мне сковали не за спиной, а спереди.
Не замечая одобрительного свиста черноглазого и смешков Умара, схватила ближайший булыжник. Небольшой, но увесистый голяк тюкнул стражника точно по темечку. Пугаться, что убила молодого дракона, было некогда. Руки сами лихорадочно обшаривали охранника, находящегося в отключке.
— Бесполезно, — прокомментировал драконоборец.
Выглядел Умар неважно — породистое лицо украшало созвездие кровоподтеков. Да и вся его одежда была в алых пятнах — свидетельство того, что так просто он в плен не сдался.
— Это еще почему?
— Ключи у старшего. Того, что ушел.
Я прошипела сквозь зубы. Да чтоб тебя! Мне рано умирать. Я, между прочим, еще Мендельсона не слушала, чтобы по мою душу уже Шопен играл.
Увидев на поясе стражника кинжал, потянулась к ножнам и достала клинок.
Слишком большой. Взгляд скользнул по шее парня. Несколько то ли оберегов, то ли амулетов. Выбрала подходящий. Остроконечная металлическая звезда с торчащими лучами-спицами. Дернула, разрывая шнурок.
Замок на моих кандалах оказался примитивным, должна справиться. Благо за плечами был какой-никакой опыт. Дружба с дворовой шпаной, среди которой каждый третий — мастак по части простых замочных скважин, в кои-то веки оказалась полезной.
Запор поддаваться не спешил.
Терпение и ласка. Ласка и терпение. Со скованными руками было жутко неудобно, но жить хотелось все больше.
Звук железа, звякнувшего о камень, удостоился отдельного комментария, причем от обоих зрителей практически одновременно:
— Ловко. А меня сможешь? — словно добрую подругу, вопросил Умар.
— Талантливая воровка. Печать тоже умыкнула?
Я подкинула на ладони кинжал. В стали и ковке разбиралась мало, но то, как оружие перевернулось в воздухе и удобно легло рукоятью прямо в ладонь, без всяких слов говорило о его отличной центровке.
Киллер насторожился, почуяв неладное. Я же решила, что пара секунд — достойная плата за знание. А знать я хотела всего лишь одно: имя человека, возжелавшего себе в коллекцию голову Рааны, а заодно и ее печать.
Ведь этот черноглазый — не единственный взял заказ. Были еще и те наемники, что напали на обоз.
Не улыбнулась, оскалилась. Затекшие ноги кололи тысячи иголок, возвещая о том, что кровоток восстанавливается.
