Он тупая гиена, которая думает, что может гадить в моем дворе. И знаешь, что бывает с гиенами?
— Их едят львы? — неуверенно предположила Настя.
— Их, блять, топят в говне! — рявкнул я. — Ты где фотки хранишь? На его телефоне? В «облаке»? На внешнем носителе?
— Он сказал, что всё загрузил в приватный чат с паролем, — всхлипнула Настя. — И если с ним что случится, его друзья всё выложат.
— О, приватный чат! — Навка закатила глаза. — Как мило. Надеюсь, он там ещё и стишки пишет: «Люблю Настю, она сладкая, как ватрушка…»
— Навка, заткнись, — я уже метался по комнате, строя планы.
Быть опозоренным этим ублюдком не хотелось. — Ладно. Вот что мы сделаем. Ты звонишь Кривдину и говоришь, что согласна на его условие. Но только встреча состоится на нейтральной территории. Без свидетелей.
— И… что потом? — Настя округлила глаза.
— Потом я приду вместо тебя, — ухмыльнулся я, хрустнув пальцами. — Под хорошей иллюзией, которую на меня наложит Навка.
— Под моей иллюзией? — дух приподняла бровь.
— Ты же в ней как свинья в лифчике. Надо и походку правильную сделать, и голос…
— Зато Кривдин обосрётся, когда «девушка» с грудью третьего размера вырвет ему яйца через глотку, — проворчал я. — Насть, звони. Скажи, что готова. Но только если он удалит всё при тебе.
Пока Настя набирала номер, Навка подошла ко мне вплотную:
— У него там будет охрана и он маг.
— Маг? — я фыркнул. — Этот кретин два месяца учился произносить «темный шар», а в итоге поджёг себе брови.
Кривдин ответил на вызов через секунду.
Настя дрожащим голосом выдавила:
— Я… я согласна. Но только если ты всё удалишь при мне. И никаких твоих дружков.
— Умничка, — просипел он в трубку. — Приезжай через час. И оденься… полегче. Гостиницу «Ночной странник» знаешь? Третий этаж, комната тридцать два.
Я уже видел, как Настя бледнеет, но кивнул ей: мол, держись. Как только связь прервалась, Навка взмахнула рукой — и моё тело резко съёжилось, обрастая кружевами и… грудью.
— Блять, Навка! — я зашипел, пытаясь прикрыть декольте.
— Ты могла хотя бы трусы нормальные сделать⁈
— А что? — она невинно улыбнулась. — Тебе идёт. Особенно эта родинка на пояснице. Ладно, не ворчи, -и полуголая иллюзия сменилась на одетую иллюзию, точную копию гостьи.
— Так, Настя, сиди тут и делай вид, что ты — это я. Навка за мной в режиме невидимости. Когда вернусь, мы с тобой более предметно поговорим о том, что произошло. И крести зад — сегодня он будет битым.
