– Поздравляю вас, господин лейтенант, – сказал граф, пожимая руку несколько опешившему от неожиданности Попову. – Да-да, я не ошибся – вы теперь лейтенант флота Российского. Государь соблаговолил принять вас снова на службу, с присвоением вам следующего чина. Он остался весьма доволен вашим участием в разгроме эскадры этих наглых британцев, которые готовились напасть на российский военный корабль. Весь экипаж катера, который так лихо разделался с четырьмя кораблями страны, возомнившей себя владычицей морей, будет награжден императором.
Вас, господин лейтенант, тоже ждет награда. Какая – я вам не скажу, пусть это будет для вас сюрпризом.
Попов почувствовал, что у него за плечами выросли крылья. Как военный человек – а он себя считал таковым, даже несмотря на то, что уволился с военной службы и занялся коммерцией, – Степан мечтал о блестящей карьере, высоких чинах и наградах. И, кажется, мечты его, наконец, начали сбываться. Он знал, что достаточно было хотя бы раз попасться на глаза государю и удостоится его благосклонности, как можно потом было надеяться на новые высокие должности, титулы и завидное положение в обществе.
Граф предложил Степану немедленно отправиться в Петербург, чтобы лично рассказать императору о славном сражении, в ходе которого один маленький кораблик без какого-либо ущерба для себя утопил быстроходную яхту и три могучих фрегата Ее Величества королевы Виктории."
"– Ваше сиятельство, – воскликнул Попов, – я и сам был поражен всем произошедшим.
Это просто восхитительно и… И ужасно. С катера взлетала ракета, которой управляли до самого момента попадания ее во вражеский корабль. Точность была просто удивительная. Через считанные секунды после выстрела она достигала цели, следовал чудовищной силы взрыв, после которого корабль, в который она попадала, охватывало пламя. Мне кажется, что вторую ракету можно было и не пускать. Но люди, которые обстреливали британские фрегаты, не хотели рисковать и старались побыстрее уничтожить противника.
Шесть ракет – три фрегата.
– А яхту они тоже утопили ракетой? – поинтересовался Бенкендорф. – Господин лейтенант, я человек сухопутный, воевал все больше на суше, и в ваших флотских делах разбираюсь скверно.
– Нет, ваше сиятельство, – ответил Попов, – британская яхта была уничтожена артиллерийским огнем. Но это тоже было что-то удивительное. Небольшая по калибру пушка стреляла с удивительной скоростью.