"
"– Большое спасибо, Олег Михайлович, – сказал он, – я полагаю, что все доставленное вами из будущего принесет немалую пользу нам. А теперь, если вы не против, я бы хотел пригласить вас и всех присутствующих ко мне в Зимний дворец. Полагаю, что нам будет о чем поговорить.
– С удовольствием принимаю ваше предложение, – ответил Щукин. Только мне надо переодеться, – он критически посмотрел на свой сюртук и брюки. – В таком виде как-то неудобно появляться в царском дворце.
– Ротмистр, – император повернулся к Соколову, – вы говорили, что подберете для господина подполковника мундир или цивильный костюм.
– Да, ваше величество, – Дмитрий почтительно кивнул императору, – я уже послал за одеждой для Олега Михайловича. Еще в карете я на глазок определил размеры господина подполковника. Думаю, что Никифор должен уже подъехать и привезти все необходимое…
Здравствуй племя молодое, незнакомое
Дамы, обнявшись и весело щебеча, отправились за перегородку. А Шумилин, князь и Карл Брюллов остались одни, терпеливо ожидая, когда женщины закончат свое переодевание.
Одоевский, уже побывавший в будущем, хранил спокойствие, что нельзя было сказать о художнике, который все еще никак не мог прийти в себя. Он крутил головой, озирался по сторонам и что-то время от времени бормотал себе под нос.
– Карл Павлович, – сказал ему Шумилин, – вы бы присели в кресло. Если не возражаете, я налью вам чего-нибудь выпить, чтобы вы быстрее пришли в себя.
Брюллов машинально кивнул, и Александр, достав из шкафчика заветный графинчик, плеснул грамм пятьдесят коньяка в стоявший на столе стеклянный стакан.
Художник выпил залпом, закашлялся и замахал руками.
Шумилин налил в тот же стакан апельсиновый сок из большого двухлитрового картонного пакета и протянул Брюллову. Тот сделал несколько глотков и лишь тогда окончательно пришел в себя. Лицо его зарозовело, и взгляд стал более или менее осмысленным.
– Александр Павлович, – сказал он, – благодарю вас. Как это все необычно и чудесно! Мне казалось, что я сплю и вижу какой-то странный сон…
Шумилин улыбнулся – подобная реакция выходцев из прошлого стала для него уже привычной.
В этот момент шуршание и хихиканье за перегородкой прекратились, и оттуда выпорхнули две Ольги. При виде их у Брюллова снова отвалилась челюсть, а рука Шумилина опять потянулась к графинчику с коньяком.
Перед обомлевшим от удивления художником стояли две красавицы в невиданных для XIX века платьях.
![Обложка книги Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация [СИ]](/uploads/posts/images/6/alyi-flag-akvilonii-itogovaia-transformatsiia-si.jpg)
