Всякое может с ним случиться… Да и ты держи ухо востро.
– Занятные вещи ты мне рассказываешь, Степан, – задумчиво сказал Сергеев, – я пришлю к тебе сына и с ним одного моего друга. Ты покажи нам место, где роща эта была, и сосну ту чудную. Договорились?
Глава 3
Дела сердечные
Прогулка по Кронштадту
Прибывший в прошлое Игорь Пирогов с головой погрузился в дела XIX века. Для начала он отправился… правильно, куда еще может отправиться настоящий моряк – только в Кронштадт.
Добрался он туда в сопровождении лейтенанта Гвардейского флотского экипажа Николая Карловича Краббе.
Тот только что вернулся из неудачной экспедиции в Хиву, которую организовал командующий Оренбургским корпусом генерал-лейтенант Перовский. Это был полный веселый 26-летний офицер, никогда не унывающий и не стесняющийся пошутить над собой.
Пирогов знал, что этот лейтенант со временем дослужится до полного адмирала и станет управляющим морским министерством. Именно при нем русский парусный флот станет паровым и броненосным. Ему принадлежит заслуга в устроении первых наших военно-морских баз на Дальнем Востоке и в создании боеспособных океанских эскадр.
Николай Карлович, несмотря на свою фамилию и отчество, считал себя русским человеком. Как-то раз он услышал высказывание одного остряка, назвавшего его «немчурой», страшно обиделся и воскликнул: «Помилуйте! Ну, какой же я немец? Отец мой был чистокровный финн, мать – молдаванка, сам же я родился в Тифлисе, в армянской его части, но крещен в православие. Стало быть, я – природный русак!»
Пирогов понял, что ему повезло со спутником.
Он вспомнил, что Краббе обожал разные сальности, как то: анекдоты, порнографические открытки и все прочее, что можно найти в секс-шопах XXI века. Игорь вспомнил, что у него в его безразмерном бауле завалялась колода карт с голыми девицами на рубашке, купленная им в Роттердаме.
«Вернемся из Кронштадта в Питер – подарю ее Николаю Карловичу, – подумал он. – Надо порадовать человека!»
В Кронштадт они отправились на небольшом пароходике. Всю дорогу Пирогов травил анекдоты про поручика Ржевского, Краббе раскатисто хохотал, а в промежутках старательно записывал услышанное карандашиком в блокнот.
"
"Несмотря на близость к Петербургу, сообщение с ним и зимой и летом было затруднено. И потому главная военно-морская база России на Балтике жила своей особой жизнью, которая превращала моряков в особую касту. Город еще не освещался газовыми фонарями, и ходить поздним вечером по его улицам было далеко не безопасно.
![Обложка книги Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация [СИ]](/uploads/posts/images/6/alyi-flag-akvilonii-itogovaia-transformatsiia-si.jpg)
