На лице – приветливое выражение, ни малейшей настороженности.
– Я Соня, – представилась красавица, – Лида вас очень точно описала, сказала: фигура у музыкантши – хоть сейчас на подиум."
"Меня охватило смущение: я неправильно реагирую на комплименты. И фальшь, и искренность в этом случае вызывают у меня одну и ту же реакцию. Сначала хочется спросить: «Простите, вы это все обо мне?», а потом, опустив уши и поджав хвост, отползти подальше в сторону.
– Евлампочка, милая, – нежно сказала Соня, – Лида сказала, что вы подружились с нашей мамой?
– Это слишком сильно сказано, мы всего лишь случайно разговорились в библиотеке, – ответила я.
– Может, присядем? – предложила Соня и опустилась на диван, я заняла место в глубоком кресле.
– Давно вы приехали? – спросила Соня.
– Вчера, а вы?
– На днях, на три месяца.
– Я только на четырнадцать дней.
– Тут ужасная скука, – сморщила носик Соня, – но у нас в доме ремонт. Поселок, где стоит наш особняк, находится в пяти минутах езды от Ларюхина, и Вадиму, мужу моей сестры, легко контролировать отсюда прораба.
Этого беса невозможно оставить ни на час, жуликоватый тип. Сначала мы хотели дом снять, но владельцы не соглашаются на малый срок, сдают на год, еще охотнее на два. Квартиру в Москве мы даже не рассматривали, у мамы не очень хорошее здоровье, ей необходим чистый воздух, а не взвесь из тяжелых металлов. Уж простите, Евлампочка, за эту беседу... ну... э...
– Будьте откровенны, – предложила я.
– Наша мама – сумасшедшая, – выпалила Соня.
Глава 5
– Психиатрическая больная? Состоит на учете? – уточнила я.
Соня горестно вздохнула.
– Мы лечим ее у частного специалиста.
– Мне Нина показалась совершенно адекватной.
– В этом-то и проблема, – кисло сказала Соня, – общается она нормально, глупостей не говорит, читает, смотрит телевизор, гуляет. Но! Представляете, мать всем сообщает, что она вдова рок-музыканта Малыша, небось и вам успела наплести.
Я в упор посмотрела на Соню, но ничего не сказала.
Девушка вынула из кармана костюма кошелек и раскрыла его.
– Видите фото? Это мой папа.
Наверное, Сонечка очень любила отца, раз носит при себе его снимок. Ничего особенного в мужчине я не заметила. Коротко стриженные волосы, очки, галстук, костюм, твердо сжатые губы и тяжелый взгляд небольших глаз.
– Похож он на Малыша? – не успокаивалась Софья.
– Нет, – призналась я, – хотя откуда мне знать? Лицо певца всегда скрывала маска!
Соня убрала бумажник.
– Папу звали Константин Львович Пронькин.
