И, кажется, ему срочно нужна еще доза.
Протянув руку, Толик взял флакон со стола. Но, так и не открыв его, взглянул на Данила.
- Думаешь, все просчитал, сучонок? – прищурился Толик. – Все знал? А ты знал, что девка твоя теперь никогда не сможет родить тебе ублюдка похожего на тебя? Она теперь вообще никого не сможет родить. И это знаешь? А знаешь, почему? Потому что она потеряла твоего ребенка. Из-за меня.
Сознание Данила окунулось в вязкий кисель. Арканов не воспринимал никакой информации извне. Все, что контролировал его мозг – короткие удары по телу противника.
Удары сыпались градом по самым уязвимым местам. Противник не сопротивлялся, но это не останавливало Данила. Ничто не могло утолить жажду крови. Компенсировать боль, сковавшую все его эмоции и чувства.
Он потерял счет минутам, отведенным для разговора. Он не слышал, как распахнулись двери, и в помещение ворвались охранники, а следом вошел и новый совладелец «Аркады». Он был глух ко всему. И только хруст костей звучал в его ушах.
24
- Оттащите его! – скомандовал Бессонов, видя, как пацан вколачивает кулаки в прижатое к стене тело бывшего директора «АркадыПлюс».
Парни попытались оттащить Арканова от брата, но не вышло. Пацан словно обезумел, вырвался и вновь добрался до жертвы.
На помощь пришел Степан. Ажур, размахнувшись, вырубил парня прямым ударом.
- Упс, - пробормотал Ажуров, глядя на Данила, осевшего в кресло у стены.
- Этого убрать! – мотнул головой Бес на Анатолия. – А этому доктора. Кажется, ты, Степа, сломал парню челюсть.
- Да я нечаянно, - оправдался Ажуров. – Само как-то получилось. И потом, может быть, обойдется? И там не перелом? Ну, отделается парой синяков? Не?
- Сомневаюсь, Ажур, - посмеивался Бек, набирая номер «скорой помощи». – Но с другой стороны: ты ведь стареешь, удар у тебя уже не тот, что прежде.
- Вот сейчас и проверим, - насупился Степан, с угрозой в голосе шагнув к Беку.
- Шучу! – вскинул руку Бек, жестом признавая поражение.
- Шутник, елки-палки, - пробормотал Ажуров, возвращаясь к Данилу, который медленно приходил в сознание.
Признаться, Степан немного, самую малость, переживал за здоровье пацана. Ведь Ядвига Петровна ему, Степану, сгрызет всю печень за своего друга детства.
25
Дан сидел в машине, откинув голову назад. В мозгах все еще была каша, которая вызывала полнейший дисбаланс организма.
После удара Ажурова, кажется, мозговые винтики сдвинулись со своих мест, обнажив и оставив без защиты участки, отвечающие за эмоции.
