«КофеИн» стал ее спасением, таблеткой от депрессии, апатии, печали и плохого настроения. С момента открытия кофейни Емельяна поняла, что вот так и выглядит ее заветная мечта: стены, исписанные уличными художниками; мягкие диваны, лично подобранные и купленные Ажуровой; персонал, дружный и задорный, нанятый Емельяной. Сама атмосфера в заведении располагала к непринужденному общению. Студенты забегали после учебы почти каждый день. По вечерам пятниц, после рабочего дня, здесь собирались важные клерки в строгих пиджаках из офисных зданий по соседству.
По субботам шумной компанией любили посидеть отвязные байкеры, которых привел администратор кофейни, предпочитавший зваться не иначе, как Джек* за любовь к крепким напиткам.
Воскресенье же был особенный день, когда перед самым закрытием весь персонал «КофеИна» устраивал посиделки. Обсуждались события минувшей недели, вспоминались забавные клиенты и курьезные ситуации, связанные с ними. Кондитер и технолог спорили, какую новинку внедрять с начала грядущей недели, чтобы привлечь новых клиентов и удивить «сторожил».
Бариста – два парня Ромка и Фомка, упражнялись в приготовлении кофе, творя очередной шедевр латте-арта** и споря наперебой, чья очередь угощать сотворенным шедевром юную хозяйку «КофеИна».
А упомянутая выше юная хозяйка в такие моменты не могла скрыть задорной улыбки, в которой сквозили нотки заслуженной гордости своим дружным персоналом и заведением в целом.
Вот и сегодня, в воскресный вечер, Емельяна вошла в здание своего личной крепости и, стянув вязаную шапку с волос, окинула взглядом зал.
Несколько постоянных клиентов занимали столики у огромного стеклянного окна. Влюбленная парочка, выбрав угловой диванчик, о чем-то шепталась. А в уже привычном углу, сдвинув столики, собирался персонал. Официантка Люся точила ноготки, равнодушно глядя на Юрика, помощника старшего кондитера, который с самого первого дня пытался завоевать сердце равнодушной красавицы. На первый взгляд Люся была стервой. На второй тоже.
Однако девушка считалась отличным работником, исполнительным и расторопным. К тому же вся ее стервозность сводилась к полировке ногтей каждую свободную минуту и едким замечаниям в адрес мужского пола. К слову, острый язык Люси прошелся по всем сотрудникам «КофеИна» кроме Джека. И Емеля строила догадки, был ли столь явный промах банальным страхом остаться без работы, поскольку администратор заведения был строг, резок и справедлив, либо же это было чем-то личным.
