Суровый ворчун, а меня тянет улыбаться.
Сижу напротив мужчин, и чувствую себя в безопасности. Между нами барная стойка, они не дотянутся. Тем более, увлечены обедом. А значит, у меня будет передышка.
Алкоголь понемногу выветривается, начинаю трезво реагировать на всё. Главное, больше не играть с мужчинами. Не пить. И ничего не случится. Наверное.
– Вкусно, красивая, - Клаус хвалит, а у меня дыхание перехватывает. – Ты хорошо готовишь.
– Спасибо.
– Отравила?
– Было бы чем.
– Тогда почему не ешь?
– О, - опускаю взгляд на свою тарелку, пожимаю плечами.
– Не очень хочется.
– Зря, Карин. Ешь. Силы этой ночью тебе понадобятся.
Вспыхиваю от такого пошлого намека. Знаю, что Ник просто издевается, но ничего не могу поделать. Эта поездка уже научила: мужчины от слов до дела переходят очень быстро.
Их словно ничего не может сдержать, даже страх перед моим отчимом. И я не понимаю, почему они решают помочь. По сути, пойти против отчима и нарушить его приказ.
Но сейчас меня это волнует меньше всего. Я не могу справиться со всеми переживаниями.
И решать сейчас тоже ничего не могу. Поэтому лучше всего отпустить. Подумать немного позже.
– А десерт, красивая, приготовишь? – Ник подмигивает так, что не остается никаких сомнений – говорит он вовсе не о еде. – Я все ещё голоден.
– Соленая карамель есть, - произношу ровно, хотя внутри всё дрожит. Это тон, Господи, от него всё внутри начинает вибрировать. – На этом всё.
Поднимаюсь, складывая грязные тарелки в умывальник. Мужчины ещё не доели, но начинаю убирать.
Невежливо, да. Только мне нужно чем-то себя занять, сделать вид, что не краснею так сильно.
– Оставь, Карин, - Клаус сжимает мое плечо, когда начинаю мыть посуду. – Мы сами уберем.
– Вы?"
"Удивленно таращусь на мужчину, не верю их кивкам. Клаус пару минут назад вёл себя так, словно я обязана его обслуживать. Воспитание, да. Что о муже нужно заботиться и бегать на цыпочках вокруг. А сейчас легко сдвигает в сторону, ничего не объясняет.
– Твои вещи при входе. Пока переоденешься, мы тут уберем.
И будем выезжать. Ничего не забудь.
Киваю, нервно загибая пальцы. Если забывать нельзя, то можем и не вернутся. И это пугает. А вдруг мужчины просто соврали мне? Заехали сюда передохнуть, а теперь снова в дорогу?
Они обещали, но как много значат обещания? Заговорили, обманули, а после спихнут на руки братьям. И помашут на прощание, отправляясь праздновать с кем-то другим.
– Не тяни время, красивая. Иначе поедешь в том, во что будешь одета.
