Но я ценю! Очень сильно, до слёз радости на глазах. Что кто-то устроил такое ради меня, согласился. При том, что Даша даже не знала меня лично.
Вот только сейчас мне нужны ответы от мужчин, их объяснения. Или мой мозг взорвется. Сжимаю их ладони, тяну за собой на второй этаж, пока Ник уже не направляет к нужной комнате.
Не могу поверить, что мужчины даже не спорили, позволили тащить за собой, приказывать. И то, что они это организовали, тоже кажется выдумкой. Чьей-то шуткой.
– Ну? – скрещиваю руки на груди, прислоняюсь к двери, пока Ник и Клаус усаживаются на кровать.
– Объясните, что вы устроили? Как?!
– Тон, красивая, убавь, - фыркаю на просьбу Клауса, но после киваю. – Даша ведь всё объяснила, нет? Ты здесь в безопасности, мы все поработали над этим. Она приехала, чтобы присмотреть за тобой. Твои сводные братья занялись Устиновым, чтобы он отпустил тебя из дома без лишней охраны, не искал пару дней.
– А вы?
– А наша задача была увезти тебя из дома и привезти сюда. Марк и Адам мне обязаны были, - мужчина усмехается, потирает запястье.
– Можно сказать, долг жизни отдали. Удивились, конечно, что мы с братом тебя хотим забрать, но не спорили.
– Но как вы убедили их? Пойти против семьи…
– Да какая семья? – Ник протягивает ко мне руку, а я делаю шаги навстречу. Вскрикиваю, когда мужчина тянет на свои колени. – Ты не знала? У Олега своих детей нет, Марк и Адам тоже приемные. У всех свои причины держаться о Устинова подальше.
– А вы… Вы решили рискнуть работой ради меня? Почему? Я, правда, не понимаю.
Это же… я.
– Именно, красивая, это ты.
Клаус давит ладонью на мой затылок, тянет к себе. Накрывает губы требующим поцелуем. Напоминающим, с кем я и почему. Что именно чувствую, когда внутри звезды взрываются.
От жара.
От желания.
От прикосновений, которые кажутся самыми правильными в этом мире. Словно всё так и должно было быть. Сошлись, столкнулись три одиночества. И взрыв прогремел.
Я сижу на коленях Ника, а целуюсь с его братом. И ни капли угрызений совести не чувствую.
Именно так хочется. Горячую ладонь на шее, прикосновения к груди. Укусы на губах, чужой язык в моем рту.
Их двое, и нет ничего другого, что казалось бы мне необходимей.
Сумасшедшая.
И они такие же.
Вижу их жаждущий взгляд, когда отстраняюсь. Опасный блеск в глазах, хватка становится сильнее. Из отношений втроем никогда ничего не получится, но…"
"– Вы не знали, что так будет, - упираюсь ладошкой в грудь Клауса, сдерживаю свои желания ради правды.
