Первым попробовал красивую, открыл дорогу к большему.
Всё равно пиздец. Не так должна была пройти ночь, всё по-другому планировалось. Проще, без перепиха, без того, чтобы разрушить пиздец какой простой план.
Отвезти девчонку в нужное место, отдать из рук в руки, уехать. Забыть и забить, жить дальше. А нихуя подобного. Не получилось, всё по пизде пошло. Повалилось лавиной, смело.
И должен жалеть, а не получается. Ни капли сожаления внутри, совесть заткнулась под ребрами. Подумаешь, чуть от инструкций отступил, бывает.
Нарушил всё, на что сам соглашался.
Не смотреть.
Только я смотрю. Каждый сантиметр уже наизусть знаю. Родинки на ключицах, пушистые ресницы. Как смотрит, едва наклоняя голову. Слежу, как язычком слизывает капли шампанского с губ. Дразнит, вызывает стояк. Снова.
Походу, не насытиться тут. Только трахать и трахать, забив на всё. Реально бы на острова махнул, если бы красивая этого захотела. Где-то в уединенном домике, не выбираясь из кровати пару десятков дней.
Смотрю, как Карина поправляет воротник расстёгнутой рубашки.
Моя смотрелась бы лучше, но тоже ничего. Ткань просвечивает, едва скрывает грудь, оставляя место для фантазий.
Не касаться.
Но именно это я и делаю. Тянусь к Карине, заправляю растрепанные пряди за ухо. Оставляю ладонь на лице, поглаживаю алые щеки подушечкой пальца.
Карина в этот момент настолько нежная, что все пошлый мысли кажутся кощунством. Но я главный грешник в этом доме. Поэтому касаюсь пухлых губ, растираю каплю алкоголя.
В трусах пиздец тесно, член колом становится.
Хочется, чтобы красивая тоже касалась. Этими своими невозможными губами. Наклонилась, взяла в рот. Хочется её горло опробовать, толкнуться на всю длину. Научить красивую всему, быть в этом первым.
Не моя.
И не мне, по сути, её чему-то учить. Но когда подобное останавливало? Сейчас, сегодня, Кара принадлежит мне и брату. Сама согласилась, не отстраняется, не спорит. Подтверждает, что моя.
Наша.
И это пьянит сильнее самого крепкого алкоголя. Отбивает мозги, дурманит.
Подаюсь вперед, целую красивую. Мягко, неспешно. На её губах кисловатый вкус шаманского и мандарин. Вкусная.
Карина отвечает, не спорит. Никаких больше условностей и сделок. Просто тянется ко мне, прижимается. Такая податливая и нежная. Уверен, если сейчас спуститься пальцами к её киске, то она окажется влажной. Такая отзывчивая девочка. Нежная. Моя.
– Ммм, - стонет в поцелуе, мурашками покрывается, когда задеваю грудь. Чувствительная, запоминаю это.
