За год до происходящих событий он по просьбе графа нашел для госпожи де Бофор управляющего, некоего Люлье. До революции этот человек был всего лишь ловким маклером с улицы Вандом, а теперь он занимал важный пост прокурора-синдика. Скрываясь за республиканской вывеской, Люлье отлично и честно управлял собственностью многих эмигрантов, среди которых был и де ля Шатр. Что, впрочем, не мешало Люлье всячески доказывать свою верность революции. Он, например, согласился заплатить дополнительный «гонорар» четверым палачам, убивавшим несчастных дворян в сентябре, за то, что они «проработали два дня подряд».
Расстроенный вид друга разочаровал де Баца.
— Так ты приехал скучать к леди Шарлотте? Полагаю, здесь не слишком весело…
— Я скучаю только в Лондоне. У леди Шарлотты — никогда! — пылко возразил граф, целуя руку хозяйки дома.
— И все же тебе придется скоро туда вернуться. Нам нужны люди. Я слышал, что вы с Монлозье довольно близко знакомы с Премьер-министром Питтом. Надо будет подготовить англичан к тому, чтобы они приняли юного Людовика XVII.
— И королеву тоже, не правда ли? — вмешалась в разговор леди Аткинс. — Ей грозит наибольшая опасность, ее надо спасать в первую очередь.
— Я неудачно выразился, сударыня. Разумеется, мне следовало сказать, что Англия должна принять всю королевскую семью. Ля Шатр, я на тебя рассчитываю! Вдобавок ты один из тех редких эмигрантов, кто остался при деньгах. Это может пригодиться…
— Я тоже богата, — напомнила барону Шарлотта. — И я готова отдать все мое состояние ради королевы… и членов ее семьи.
— Мне это известно, дорогая Шарлотта. Но пока я хотел бы только позавтракать. Я умираю от голода, — с улыбкой добавил де Бац."
"— Господь всемогущий! Граф, нам с вами нет прощения! Мы держим бедного барона на ногах… Садитесь же, сударь, садитесь. Я сейчас сама вам все принесу.
Усадив де Баца за соседний столик, Шарлотта принесла ему завтрак и сама присела рядом, а ля Шатр вернулся к прерванной трапезе.
С чашкой чая в руке леди Аткинс спросила:
— Друг мой, расскажите же мне, чем я могу быть вам полезной.
Чтобы пересечь пролив в такую погоду, у вас должны были быть очень веские основания.
— Вы правы. Я предполагал встретить у вас молодую американку, мою знакомую. Она везет для меня… сокровище.
Магия этого слова, как всегда, подействовала безотказно.
— Сокровище? И вы доверили такое важное дело женщине?! — прошептала Шарлотта Аткинс, в ее голосе послышались нотки разочарования.
