Д'Антрэг сообщал, что накануне сражения при Валь-ми барон де Бац появился в ставке герцога Брауншвейгского под видом американского врача в сопровождении обворожительной белокурой женщины, тоже американки, по имении Лаура Адамc. «Я хочу, чтобы вы разыскали эту женщину. Они может оказаться полезной для нас», — добавил он, заканчивая письмо.
Александр д'Антрэг как раз посыпал бумагу песком, когда вечернее эхо донесло до него ставшие уже привычными звуки. Дидона готовилась взойти на костер и оповещала об этом окружающих.
— Пора ужинать! — пробормотал граф, сжимая губы. — На сегодня музыки более чем достаточно…
Глава 10
АРФИСТКА КОРОЛЕВЫ
В первый раз гильотина покинула Гревскую площадь. Теперь ее зловещая конструкция возвышалась на площади перед мебельным складом, когда-то носившим имя короля Людовика XV. Закон требовал, чтобы виновные были казнены на месте преступления. В этот октябрьский день, пасмурный, тоскливый и уже холодный, должны были отрубить головы трем грабителям из тех, кто похитил драгоценности французского королевского дома.
Только троих ждала гильотина, хотя в сентябре по ночам в помещении орудовали не меньше сорока человек. Эти трое — двое мужчин и одна женщина — не принадлежали к числу главарей."
"Толпу, собравшуюся вокруг эшафота, удерживали на расстоянии выстроившиеся кольцом гвардейцы. Но людей было не обмануть. Они не шумели, не были агрессивными и отлично понимали, что приговоренные к казни не относились ни к каким «верхам», а были людьми из народа.
И каждый говорил себе, что на их месте и он не устоял бы перед предложенным вознаграждением. Эти несчастные, которых ждали у гильотины палач Сансон и его подручные, никого не убили. Но они обокрали нацию, а следовательно, и его, народ. А за такое преступление нельзя было помиловать, хотя этот самый народ никогда и в глаза не видел этих сокровищ, только разве на портретах своих монархов.
Усевшись на постамент конной статуи Людовика XV, снесенной 10 августа этого года, гражданин Агриколь беседовал со своей подругой Лали, вязальщицей.
Они встретились здесь случайно. Де Бац пришел посмотреть, не решатся ли несчастные перед смертью рассказать кое-что из того, что им известно. По городу ходили слухи, что эти трое упорно молчат, словно воды в рот набрали. И это было странно. Все гадали, не помилуют ли их в последнюю минуту. И барону хотелось знать, случится ли это на самом деле.
