Оправившись от первого удара, Гогенлоэ немедленно выстроил свои батареи для ответного удара, но тем не менее продолжал движение к высоте Лунная дорога. И там его встретил генерал де Баланс, посланный Келлерманом, расположившийся во впадине около Доммартена.
Снова заговорили пушки, полетели ядра, хотя невозможно было понять, откуда они появляются: Именно так об этом Позже вспоминал советник при веймарском дворе, сопровождавший Гогенлоэ и носивший фамилию Гете…
Тем временем принцу Гогенлоэ удалось закрепиться на высоте, и де Валансу пришлось отступить.
На поле боя царила полная неразбериха, никто не знал толком, куда именно следует стрелять. Депре-Крассье приказал прекратить огонь.
Келлерману доложили о сложившейся ситуации, и он вспомнил совет Дюмурье на случай неожиданной атаки — как можно быстрее занять небольшое плато Вальми в полулье от его позиций. Келлерман сразу же отправил туда девятнадцатилетнего герцога Шартрского, сына герцога Орлеанского, и тот с отрядом своего Четырнадцатого драгунского полка занял указанную позицию.
Потом подошли основные силы, а де Валанс защищал на юге дорогу на Шалон.
Все утро происходила передислокация войск, пока обе армий не встали друг против друга, разделенные оврагом. Над полем боя мирно вращались крылья мельницы в Вальми. Все кругом было затянуто туманом и пеленой моросящего дождя, который, казалось, будет длиться вечно.
Лаура, сидя в амбаре, уже задавалась вопросом, не останется ли она там навсегда.
Ее оставили под охраной Бире-Тиссо, одного фельдфебеля и четырех солдат. Они и должны были сопровождать молодую женщину вечером к тому месту, которое герцог Брауншвейгский и король Фридрих Вильгельм выбрали для ночлега. Это был большой замок и большая деревня в двух лье от Сом-Турб, где квартирьеры уже готовили место для штаба. Де Баца и его «секретаря» Питу пригласили следовать за герцогом Брауншвейгским. Они отправились верхом вместе со штабом принца.
Никогда еще день не тянулся для молодой женщины так долго.
Когда де Бац уезжал, она не осмелилась его спросить, в каком доме находится лазарет. Но потом Лаура решила, что тем самым только избавила себя от неприятностей. Походный лазарет должен следовать за войсками, Жосса наверняка отправили в войска эмигрантов, которые должны были быть на подходе. К тому же приставленная к ней охрана никогда не позволила бы ей одной разгуливать по деревне. И Лаура смирилась со своей участью.
