– Ну, значит, будем считать, что не замужем, – явно обрадовался он, повернулся к ней лицом, взял в свои ладони обе её маленькие, чуть озябшие ладошки и, глядя в глаза, сказал:
– Ты только не пугайся. Это неожиданно, я понимаю. Я очень хочу, чтобы ты была моей женой, чтобы мы вместе прошли эту жизнь, поддерживали друг друга, были одним целым. Будем считать, что это моё предложение, а ты не отвечай сейчас, можешь думать столько, сколько тебе нужно. Я чувствую, знаю, что нашёл ту, которую искал.
Айша стояла и молча смотрела на него снизу вверх.
Павел был ненамного выше её, и его глаза были ближе к ней. Она не могла насмотреться в эти серьёзные, мудрые, любящие глаза серого, но совсем не стального, а мягкого бархатного цвета. Слова закончились.
– Нет, Паша, будем считать, что замужем. Я так не могу. Прости меня. За сегодняшний день ты стал для меня по-настоящему близким другом. Но жизнь – она не только сегодня. – Айша мягко вынула свои ладони из его рук, сделала шаг в сторону, развернулась вокруг себя на каблучках и встряхнула гривой волос.
– Зато ты изменил мою реальность, теперь я уже не могу сказать, что меня ни разу не звали замуж! – Она попыталась перевести происходящее в шутку, так больно было ему отказывать и невозможно трудно не согласиться.
* * *В электричке опять было полно народу. Он привёз её на вокзал пораньше, чтобы она смогла занять место в вагоне. На конечной станции поезд подают за полчаса до отправления – состав стоит пустой и ждёт самых нетерпеливых. Айша и Павел зашли в вагон, он проверил, не моторный ли, чтобы не шумно было ехать, усадил её на теневую сторону, в середину и у окна.
– Вот тут садись. Будет удобно, солнце с другой стороны, и по ходу движения, а то вдруг голова закружится, как вчера.
Павел сел рядом на лавку, держал за руку, как сокровище, и не хотел отпускать, словно боялся упустить своё счастье, случайно найденное и ему пока не принадлежащее.
– Спасибо, Паша, ты иди, а то я опять плакать начну.
– Плачь, у меня для тебя всегда есть чистый платок.
– Он улыбнулся и вытащил из кармана очередное подтверждение своей несовременности – аккуратно выглаженный клетчатый носовой платок."
"– Да. А Геру мои слёзы раздражают, – опустив глаза, задумчиво прошептала она. – Иди, Паша. – Она погладила его плечо, ощутив под пальцами через тонкий слой рубашки упругие мышцы, и это прикосновение взволновало её ещё больше. – Иди. Спасибо, что проводил. За всё тебе спасибо. Я словно в другом мире побывала. Мне очень хорошо.
