Сама весёлая, шутит, а в глазах – глубокая печаль и вековая мудрость. Откуда в таком возрасте такой взгляд? Необыкновенная, как с другой планеты…
– Да, извините, я чуть задумалась. Идея с домашними пособиями хорошая. Но это на будущее, вначале нужно освоить и научиться реализовывать основную линейку.
Глядя на Павла, она чувствовала в нём потенциал роста личности. Она представляла себя с ним рядом, они могли бы стать хорошей парой. Он не был в её вкусе. Её удивляло влечение к нему как к мужчине. Интересно, ведь ей всегда импонировали мужчины совсем другого типа – такие, как Герман.
Сейчас, ближе к 30, она совсем по-другому смотрела на мужчин. С Германом – это была скорее страсть, переросшая в любовь, или первое, непонятное ей самой чувство скорее гормонального характера, превратившееся в длительную связь, затянувшуюся и теряющую смысл как несостоявшаяся семья. Или всё-таки состоявшаяся? Кто в этой семье, кроме неё самой, считает их одним целым? Кто главный в этой семье? Ужас.
– Да, конечно, вы правы, – услышала она Павла и снова вынырнула из своих раздумий. – Просто я действительно увлёкся вашим, а надеюсь, что нашим общим проектом. Уже переговорил у себя в Твери с местным заготовщиком леса. Обычно мы с отцом сами древесину находим, сушим и обрабатываем, но тут нужны будут объёмы посерьёзнее. У меня нет такой большой сушилки.
Павел продолжал говорить о сотрудничестве, а сам раздумывал, не осмелиться ли пригласить её сегодня пообедать после переговоров… Или рано ещё? Хотелось с ней сблизиться, наговориться вне офиса, где чувствовалась её зажатость и как она дистанцируется, соблюдая отношения клиент – поставщик.
Он представлял, что она смотрит этими колдовскими зелёными глазами на него, он в них отражается и чувствует тепло её души, видит, как грусть на глубине этих инопланетных озёр сменяется радостью…
– Это замечательно, что вы уже планируете будущие шаги и продумываете решение возможных трудностей, которые бывают у всех.
«Когда начинаешь копаться внутри себя, становится страшно и непонятно от происходящего, а изменить что-то очень трудно. Особенно с годами. Всё уже устоялось, болотце затянулось. Так комфортно в нём сидеть, что привыкаешь и большего тебе не нужно. Наша ошибка в том, что мы пытаемся сохранить то, чего уже давно нет – а может быть, и не было, – боясь сказать правду самим себе. Если хочешь семью, выбирай отца своему ребёнку – мысль, лежащая на поверхности.
