Сегодняшняя духота и вовсе била все рекорды, вызывая у меня головокружение. Даже пришлось остаться в покоях, которые я уже начала считать домом. Забравшись на софу с ногами, открыла книгу, но читать не получалось. Вместо этого в голову лезли самые разные мысли: о моём здоровье, ставшем странно зависимым от погоды; о родителях и брате; о Гервине и нашем скором отъезде в Тирон, который и так непозволительно задержался. Изначально Герв планировал остаться в Тривале всего на пару недель, а на деле мы уже провели в столице герцогства почти месяц.
Само расследование много времени не заняло, особенно после того, как раскололся пойманный предводитель бандитов. Под действием артефакта истины он выложил всё, что знал, кроме имени айва-заказчика. Оказалось, что ему когда-то пришлось дать клятву на крови, что он не выдаст имени и ничего не расскажет о своём нанимателе. И это изрядно бесило Гервина. Зато бандитов удалось переловить всего дней за десять. Куда сложнее оказалось исправить то, что понаделал тут бывший наместник.
Пришлось заменить весь аппарат управления, провести чистки среди стражей, найти новых сотрудников на ответственные должности и помочь им освоиться.
Меня мой хайт ни в чём не ограничивал. Позволял ездить домой, даже помогать там Гранту в целительской. Но гораздо больше времени теперь я проводила с Гастором ‒ этот айв-целитель предложил мне на время стать его ассистенткой, чему я была несказанно рада. Теперь мы с ним три раза в неделю наведывались в одну из городских больниц, он помогал местным лекарям в сложных случаях и давал мне возможность практиковаться.
А однажды сам заявил, что будет ходатайствовать, чтобы меня приняли в академию сразу на четвёртый курс.
Конечно, у меня имелись пробелы в знаниях, особенно касательно теории, потому Гастор заказал из столицы нужные книги, и теперь всё свободное время я занималась изучением изложенного в них материала.
Да, моя жизнь изменилась, но уж точно не в худшую сторону. Поначалу представители местной аристократии ещё косились на меня, как на падшую женщину.
Но после первого же бала, который Гервин приказал организовать в честь назначения нового наместника, отношение старых знакомых к моей персоне снова стало иным. Они неожиданно разглядели во мне не любовницу принца, а его избранницу. Герв сам показал им, что я для него значу. И с его лёгкой руки меня стали считать фавориткой будущего короля и относились теперь с почтением и лёгким подхалимством.
