– Но в итоге у него осталась жена и дети.
Я замолчал. Мальчишка тоже не стремился говорить. Просто стоял на месте рядом с дверью и смотрел в сторону на грубо сложенную каменную стену. Наверное, мне давно стоило уйти. На самом деле передать его палачам и следователю. Но интуиция не позволяла поступить так. Я почему-то был уверен, что этого колдуна во что бы то ни стало нужно перетащить на свою сторону. Вынудить его принести клятву, чтобы он уже никуда не делся. Потому я и сидел сейчас в этой камере и пытался придумать, что нужно сказать.
Как убедить. Но пока ничего не приходило в голову.
– Зачем я вам? – нарушил тишину Иглар. – Почему вы хотите получить моё согласие?
Я задумался.
– Во время войны колдуны, такие, как ты, пробрались в мою столицу и захватили дворец. Они отравили тем самым ядовитым паром моих отца и мать, всех министров, всю охрану. Всех, кто тогда находился в том крыле дворца. И я ничего не мог сделать. Никак помочь. С тех пор возненавидел и ведьм, и колдунов.
Люто, – признался я. – А потом жизнь столкнула меня с Веритой. И я понял, что дело не в виде магического дара. А в том, какой ты в душе.
– Она очень агрессивная, – покачал головой колдун.
– Она справедливая, добрая, отзывчивая. Но с характером, – возразил я.
Парень ухмыльнулся.
– Значит, вам нужен собственный ручной колдун? – спросил он вдруг.
– Примерно так, – не стал отрицать.
– Заставите меня убивать своих? Таких же колдунов, как я, только занявших сторону Айвирии?
– Между нашими странами заключён мир.
И ни я, ни Хельм в войне не заинтересованы. Но этот мир не так-то просто удержать. Всегда могут найтись такие, как твои наниматели, которые явно желают добиться то ли новой войны, то ли чего похуже.
Мальчик слушал внимательно и больше не выглядел категоричным.
– Нет, я не заставлю тебя убивать, – решил всё же ответить на прямой вопрос. – Ты нужен мне для того, чтобы защищаться, в том числе и от твоих собратьев по дару.
Он кивнул, принимая мои слова.
Но принимать решение пока не спешил.
Я ждал его слов, но тот продолжал сидеть молча. И это молчание с каждым мгновением всё сильнее меня раздражало.
– Что ж, – вздохнул, поднимаясь на ноги. – Уговаривать не стану. Моё предложение более чем выгодно для тебя. Но если ты всё равно предпочитаешь встречу с палачом, то наш дальнейший разговор не имеет смысла.
Решительно подойдя к двери, я стукнул по ней дважды, и та почти сразу открылась.
