– Аск добрый. Он малышу, которого мы забрали из Затона, сказки каждый вечер читал. Вот скажи, разве такой человек или айв может оказаться жестоким тираном?
– Сказки читал? – брови отца заметно полезли на лоб.
– Заставил нашего непримиримого Саргала себя уважать, – напомнила папе. – С Веритой подружился, а ты знаешь, какой у неё характер. Его даже её фамильяр принял, – я ободряюще улыбнулась отцу. – Пап, я ведь немало времени с ним провела. Он сильный, смелый, решительный, гордый и принципиальный, но не злой. Не верю, что он сознательно станет нам вредить.
– Ох, дочь, – папа тяжело вздохнул. – Надеюсь, ты окажешься права. И всё же… не слишком на это рассчитывай. Разочаровываться в ком-то всегда тяжело. Лучший вариант для нас: если, разобравшись с наместником, он просто уедет. Но…– отец покачал головой. – Лично я в это не верю.
Я тоже не верила. И уже не сомневалась, что скоро нас всех ждёт личная встреча с тем, кого мы все знали, как Аска… и совсем не знали, как Гервина.
Глава 17
Гервин
Машины быстро мчались по дороге, а я смотрел в окно на мелькающие там деревья, поля, посёлки, и старался привести эмоции хотя бы к подобию равновесия.
Да, знал, что вернуться в эти места, да ещё и так скоро, окажется психологически непросто. Но и тянуть с этим не видел никакого смысла. Совсем наоборот. Нужно было торопиться, потому что в Даворском герцогстве явно что-то назревало. И мне это совершенно не нравилось.
Когда мы проехали мимо деревни, в которую не так давно я сам возил Кэтрин, на душе стало совсем паршиво.
Увы, это не укрылось от сидящего рядом Анмара.
– Гер, – позвал он. А когда я повернулся к нему, брат тихо спросил: – Ты в порядке?
– В полном, – ответил я ровным тоном.
– Ври кому-нибудь другому, – бросил братец.
– Отстань.
– Гер, то, что ты тут пережил… – осторожно начал Мар.
– В плену нашим солдатам доставалось куда сильнее, – напомнил я. – Так что не нужно за меня волноваться. И не лишай меня права насладиться местью.
– Ты, главное, не заиграйся.
– Сомневаешься в моём хладнокровии? – спросил я с усмешкой.
– Нет, – вздохнул Анмар и больше ничего говорить не стал.
Я снова отвернулся к окну, за которым мелькали предместья Тривала. Странно было смотреть на такие знакомые пейзажи и осознавать, как изменился сам. Моя жизнь будто раздвоилась. Теперь я видел всё и глазами бывшего раба, и глазами принца. А в душе творился полный бедлам.
Взгляд упал на дорогу, ведущую к поместью Даворских, и сердце пропустило удар.
