А затем прикоснулся к моему животу ИМ! Пистолетом.
Я резко вдохнула и попыталась отстраниться.
– Стой на месте, зайчонок, – проурчал тот, продолжая водить дулом по животу. – Смотри мне в глаза.
С каждой секундой мне становилось все труднее дышать. Было так страшно и остро, что я начала теряться в происходящем. Почему-то я все ждала, что зверь сорвется и возьмет свое, проявит свою уродливую натуру, снова надругавшись надо мной.
Но нет. Он выжидал, продолжая свои ласки оружием! Из которого только что убил человека!
И чем дольше это длилось, тем острее мне становилось.
В крови бурлил адреналин – от страха, от того насколько порочно все это выглядело. Да от всего!
Мужчина ловко поддел бретельку бюстгальтера пистолетом, и та сползла с плеча. Затем проделал тоже самое со второй. И хотя мне по-прежнему было страшно – ужаса, что он меня пристрелит, уже почти не было.
Я понимала, что он играл со мной, словно кот с мышкой. Но не могла оторвать взгляд. Уже сама.
Я смотрела и пыталась понять – что же дальше? Меня пугал уже не только Волков, но и моя реакция на происходящее. Почему я не испытывала отвращения? Почему мое тело покрывалось мурашками, а когда Олег задевал особо чувствительные места, я и вовсе ощущала приятные импульсы где-то в районе живота.
– Сними, – хрипло приказал он, указав на бюстгальтер.
Я медленно выполнила требуемое. И тут же его свободная рука накрыла одну грудь, сжала ту, а я… не сдержала предательский стон.
Мне хотелось, чтобы он был грубым, жестоким – тогда все было бы правильным, а я – могла бы его ненавидеть. Тогда не было бы этого неясного томления внутри!
– Такая красивая, – проурчал Волков, а затем я почувствовала пистолет между ног. Он лишь слегка нажал на самое чувствительное место, а я едва не провалилась за грань.
– А… – выдохнула я, закатив глаза.
– Тише, девочка. Мы только начали, – усмехнулся он. А затем чуть усилил напор и тут же отступил. – Спорим, ты вся мокрая, зайчонок? Любишь опасность? Заводит тебя это?
Я плохо соображала в этот момент и вряд ли осознавала, что именно он мне говорил.
И все же попыталась мотнуть головой, отказаться. Но движения стали более настойчивыми, и я уже не могла удержаться.
– Давай, заяц, не сопротивляйся, – проурчал он мне ухо. И я… сдалась. Полетела в пропасть удовольствия, судорожно глотая воздух.
Глава 29
Если бы не руки Олега, наверняка бы сползла вниз.
