Либо это кто-то использовал специальный инструмент легендарного, а может, и героического ранга, либо же он знал какой-то секрет, позволяющий работать с такими материалами. То, что это существо само являлось легендой, Ворон исключил сразу, так как сомневался, что Дорин бы доверил тайну кому-то подобному.
Аналогичная ситуация была и с алыми бусинами. Даже [кулон Эвелин] не смог на них повлиять. Они словно казались единым целым с костями.
На этой волне бессилия пришла даже такая страшная мысль, как обратиться за советом к Абенхриару.
Настолько сильно парня бесила вся эта ситуация. К счастью, он был в здравом уме, поэтому, вспоминая о всяких могущественных существах, подумал о двух хороших знакомых - Хендельсоне и Роуль. Легендарный кузнец и потомок героя. А также ещё об одном человеке, чей блестящий ум мог дать полезный совет, Эсме.
Правда, были проблемы с их приглашением. Во-первых, высокотоксичная среда. Во-вторых, стена/дверь, преграждающая путь, никуда не делась, как, впрочем, и орды нежити на подходе к вулкану.
И в-третьих, Ворон не хотел оставлять скелет дракона без присмотра. Это было бы слишком безрассудно.
Помимо отсутствия прогресса в эти три дня, произошло ещё пару событий.
Сперва ему написала Роза, сообщив время встречи, название комнаты и, соответственно, пароль от неё. Вечеринка, как её назвала девушка, должна состояться через два дня, но так как он не был уверен, что сможет прийти, то сообщил ей об этом заранее. После небольшой переписки, в которой он кратко посвятил её в причину своего возможного отсутствия, та прислала десяток шокированных и усмехающихся эмодзи, дополнив их сообщением:
[Обалдеть! Ну, тут я даже ничего сказать не могу.
«День рождения дракона» звучит точно лучше, чем «день рождения какой-то там Розы». Ладно. Но тогда в обмен на твою помощь, которую ты предлагал ранее, я хочу знать, чем там всё закончится].
Не зная, правда ли она так считала, или же это было следствием какой-то неуверенности в себе, Уилл решил не копать глубже, так как это было не только неуместно, но и не его дело.
Вторым событием было письмо Картечи. В нём мужчина сообщал о том, что готов встретиться, когда Ворону будет удобно. и столь тактичный подход весьма импонировал парню. Несмотря на то что Картечь числился сильнейшим игроком в игровом рейтинге, он придерживался этикета, не грубил и не навязывался. Что позволяло думать, что эта мнимая слава не вскружила ему голову.
