Она потратила немало усилий, убеждая педагогический совет перенести для меня срок устного экзамена, обязательного для получения аттестата младшего цикла. Этот экзамен я пропустил, уехав в лагерь.
Футболка лежала у меня в сумке. Я просто отдал ее Ди, сознавая необходимость хоть как-то компенсировать ей затраченные усилия.
После этого Ди сделалась моей горячей сторонницей, оказывая многочисленные и часто сомнительные с моральной точки зрения услуги.
Я со своей стороны при всякой возможности снабжал ее билетами на игры.
Мы великолепно ладили.
— Зашел тебя проведать, Ди, — сказал я и игриво подмигнул ей. Подавляя желание убежать подальше от этой школьной хищницы, я неспешным шагом подошел к закутку, отделявшему ее стол от приемной, и улыбнулся. — Надеюсь, кое-чем поможешь.
— Всегда рада помочь любимому регбисту, — промурлыкала она. — Чем угодно.
— Благодарю, — сказал я, едва не вздрогнув, когда она рукой с длиннющими ярко-красными ногтями коснулась моей. — Скажи, у тебя найдется конверт?
— Конверт? — Ди удивленно изогнула подведенные брови.
— Да, — с оттенком разочарования пробормотала она.
Повернулась к стеллажу за спиной и выложила на стойку простой конверт из коричневой бумаги.
Я вынул из бумажника две купюры по пятьдесят евро и положил в конверт.
— Ручку не одолжишь? — попросил я.
Она подала мне ручку, показывая, что слегка обижена.
— Ты моя спасительница, — пробормотал я, торопливо написал записку прямо на конверте и вернул ручку Ди.
— Это все?
— Нет, еще не все.
Я уперся локтями в стойку, перебрасывая конверт из одной руки в другую, и улыбнулся секретарше.
Ну, погнали…
— Мне нужны сведения об одной ученице.
— Ученице? — переспросила Ди и нахмурилась.
— Да, — кивнул я и улыбнулся еще шире. — О Шаннон Линч.
Не я ли собирался смотреть реалити-шоу, чтобы отвлечься от мыслей об этой девчонке?
По натуре я был одержимым засранцем с одноколейным мозгом, и в данный момент колею занимала исключительно Шаннон.
Я должен знать больше.
Мне это необходимо.
Я не настолько туп, чтобы верить, будто мне все равно.
То, как я повел себя с Макгэрри в раздевалке, доказывает: мне не все равно.
Мне важно, что она сумела нарушить мое равновесие.
Мне важно, что прошло несколько часов, а я продолжаю думать о ней, строить догадки и даже беспокоиться.
И мне важно, что она так важна для меня, как никто никогда важен не был.
Черт, и теперь я совсем запутался во всех этих важностях.
— Ой, Джонни. — Ди поджала губы, нахмурилась еще сильнее.
