Я мог эсэмэску отправить, и мой член уже был внутри тебя. Больше от тебя ничего не требовалось.
Я ждал, что она влепит мне пощечину.
Я заслуживал пощечины.
Никакой девчонке нельзя говорить такое, даже если все правда.
Это был удар ниже пояса, и мне хватило ума извиниться.
— Прости, вырвалось, — бросил я. — Не хотел говорить гадости.
— Да уж, Джонни, гадость удалась, — засопела она, скрещивая руки на груди.
— Знаю, — огрызнулся я. Разговор с Беллой лишил меня последних крох терпения. — Потому и извинился.
— Зачем ты так себя ведешь? — уже мягче спросила Белла. — Почему ты так жесток со мной?
— Я себя никак с тобой не веду, — ответил я. — Я шел на тренировку, а ты меня задерживаешь.
— Потому что я хочу с тобой поговорить, — с жаром заявила она.
— Белла, нам нечего сказать друг другу, — покачав головой, ответил я. — Понимаешь, нечего.
— Ты видел меня с парнем из твоей команды? — спросила она, пытаясь поймать меня на эту наживку.
— Да мне посрать, чем ты занимаешься с парнями из моей команды, — спокойно ответил я.
— Мне он не нужен, — призналась она.
— Это меня не касается. Решай сама.
— Я хочу вернуть тебя.
— Ты не можешь меня вернуть.
— Джонни!
— Белла.
— Да ладно тебе!
— Нет, блин, спасибо.
Белла долго смотрела на меня в упор, а потом с визгом топнула ногой.
Без шуток, она правда топнула ногой.
— Ну почему ты такой упертый? — прошипела она. — Извини, что я крутила за твоей спиной, ладно? Прости!
— Ладно, вот тебе мое полное прощение! — рявкнул я и провел рукой по волосам, совершенно расстроенный.
— А теперь иди трахайся с Кормаком или с кем угодно, мне плевать. Просто оставь меня в покое!
— И тебе правда плевать, что я с Кормаком? — спросила она, загораживая входную дверь и не давая мне войти внутрь. — Он приглашает меня на свидания. Я теперь его девушка. Совсем не ревнуешь?
— Мне. Абсолютно. Пофиг. — отчеканил я. — Не знаю, как еще объяснить, чтобы ты наконец это поняла.
— Ты правда думаешь, что эта сучка лучше меня? — не успокаивалась Белла. — Джонни, серьезно? Тогда твои стандарты сильно упали. У нее грудь-то есть вообще?"
"— Прекрати говорить о ней гадости, — предупредил я. — Можешь поливать грязью меня, но про нее даже не смей заикаться.
— Так это ж правда, — рявкнула Белла. — Она же тощая, как спица. Судя по виду — типичная анорексичка.
— Зато ты выглядишь и рассуждаешь, как сука бессердечная.
