— Ты это все ненавидишь, да? — Она засмеялась и оперлась локтем мне на плечо. То, как легко она это делала, только подчеркивало мой маленький рост. — Не переживай. Осталось всего десять минут.
— Футбол просто не совсем… — Я успела вовремя пригнуться, и пролетающий мяч не задел по лицу. — Это не мое… — продолжила я, но Клэр уже мчалась за мячом, крича нашим товарищам по команде, что она «открыта».
Мгновением позже толпа подростков понеслась по площадке в мою сторону, преследуя сбежавший футбольный мяч.
И тогда я сделала то, что сделал бы любой здравомыслящий человек ростом пять футов: я подбежала к стене и буквально вжалась в нее спиной.
Едва избежав очередного столпотворения, я решила, что на сегодня физкультуры мне достаточно. Весь день у меня жутко болел живот, и беготня по площадке ничуть не помогала справиться с болью.
Мое тело разрывалось на части.
От боли я едва могла стоять.
По правде говоря, боль в желудке была связана скорее с тревогой и с отцом.
В пятницу мы учились последний день, а дальше — две недели каникул.
Стоило мне подумать, что придется провести эти дни дома, бок о бок с отцом, боль моментально усиливалась.
Большинство учеников с нетерпением ждали каникул.
Я же тряслась и разваливалась.
Устав изображать игру в футбол, я сняла номер и пошла в коридор искать мистера Малкахи, надеясь, что он разрешит мне уйти пораньше и посидеть в раздевалке.
Мое сердце так и подскочило, когда я увидела тренера в коридоре, и он разговаривал не с кем иным, как с Джонни Каваной.
Боже мой.
Давно они тут стоят?
Наверное, достаточно давно, чтобы Джонни увидел мою жалкую попытку избежать смерти.
Весь день я чувствовала, что он наблюдает за мной.
Куда бы я ни пошла, я ловила на себе его взгляд.
Я знала: он хочет поговорить со мной, и потому весь день избегала его и пряталась.
Он бы наверняка спросил, где я была всю прошлую неделю.
Он бы захотел узнать.
И не поверил бы моему вранью.
Это было ужасно.
Потому что он был слишком умен, чтобы общаться с девочкой в моем положении.
Рядом с ним я забывала о необходимости врать и прятаться.
Я забывала обо всем.
Мистер Малкахи постукивал пальцем по планшету, поглощенный разговором с Джонни, чье внимание металось между схемами на планшете и… мной.
Я стояла напротив. Нас разделяла только площадка. Но могу поклясться: взгляд Джонни прожигал меня насквозь.
Стоило ему оторваться от планшета и посмотреть в мою сторону, меня сносило волной такого жара и силы, что я не понимала, с чем имею дело.
