— Да, — с горьким вздохом признался он.
Я понимающе кивнула и спросила:
— Травма?
Его взгляд переместился с моего лица на свою ногу. Он досадливо поморщился.
— Ладно, есть кое-что, — едва слышно произнес он, еще раз вздохнул и признался: — Когда мне было шестнадцать, я повредил приводящую мышцу. Причем очень сильно. Ничего не помогало. Стало тяжело играть. Все время было больно. Постоянно, Шаннон. Физиотерапия не помогала, и когда я уже не мог выдерживать боль, я сдался и накануне Рождества лег на операцию.
Он говорил так, словно злился на себя, что заставило меня спросить:
— И ты злишься, потому что?..
Джонни покачал головой и взъерошил волосы."
"Он молчал так долго, что я перестала надеяться на ответ, когда он пробубнил:
— Не заживает.
— Нога? — шепотом спросила я, ощутив прилив сострадания к нему. — Или швы?
— То и другое, — сокрушенно качнул он головой, затем прошептал: — Всё вместе.
Странное признание, если учесть, что мы с ним были мало знакомы. Я сразу почувствовала: такими сведениями о себе Джонни делится очень редко.
Вид у него был раздраженный — может, из-за травмы, а может, из-за рассказа о ней. Этого я не знала.
Но в любом случае у меня возникло неодолимое желание его успокоить.
Я развернулась в его сторону и, собравшись с мыслями, сказала:
— Знаешь, на полное восстановление после операции уходит больше времени, чем несколько недель. Ты же не машина, Джонни. Процесс может затянуться. В прошлом году одному парню в команде Джоуи сделали операцию на подколенном сухожилии.
Он пять месяцев восстанавливался.
— Прошло уже десять недель, — резко ответил Джонни, и злость в голосе перекликалась с отчаянием в его глазах. — Хирург говорил мне, что я на пути к полному выздоровлению. Лечащий врач уже через три недели допустил меня до игр. Все выглядело заурядной операцией, а получился полный пи… — Джонни умолк, тряхнул головой и досадливо вздохнул. — Выздоровление не должно было длиться так долго, — подчеркнул он, глядя на бедро, как на врага.
— Гребаный бардак какой-то.
— Тебе разрешили играть через три недели? — хмуря брови, переспросила я. — Этого же слишком мало. Тело попросту не успело восстановиться, — как можно мягче сказала я.
— Представь себе, меня выпустили на поле, — фыркнул он.
— Джонни, скорее всего, ты только сейчас должен был бы вернуться к тренировкам, — тем же тоном сказала я.
— Ты не понимаешь, — покачав головой, пробормотал он.
