– Еще как волнует, но не из-за того, о чем ты думаешь! Меня беспокоит, то, что это доставляет тебе боль! Стыдно должно быть не тебе, Диляра!"
"Я лишь невесело хмыкнула на это заявление, думая о том, что именно стыд заставил меня бежать не только из родного города, но и страны. Стыд за свою наивность и легковерие. Меня ведь никто не тащил в кровать насильно. Алихан был прав, когда ставил мне в вину то, что я легла с ним в постель до свадьбы.
– Пожалуйста, Диляра, дай мне шанс. – Взяв меня за руку и медленно, словно ожидая, что я отдерну ее, Осман начал надевать мне на палец кольцо.
– Ты согласна стать моей женой? – с придыханием спросил он.
– Хорошо, – несмело улыбнулась я, до конца не веря в то, что соглашаюсь на брак с ним.
Осман счастливо улыбнулся, делая со мной что-то невероятное. В его улыбке было столько тепла и счастья, направленных на меня, что я вдруг отчетливо поняла: если кто и сможет излечить мое сердце после предательства Алихана, то только этот мужчина.
3
Вернувшись в зал, мы собрали вокруг себя целую толпу желающих нас поздравить. Служащие отеля, которые с интересом наблюдали все это время за попытками хозяина завоевать мое внимание, с искренней радостью говорили о том, что знали: все непременно закончится свадьбой.
Я лишь смущенно улыбалась, не зная, что отвечать на подобные слова. Ведь сама я до последнего не была уверена, что соглашусь. Да что уж там, я даже не думала о том, что найдется мужчина, способный принять меня, несмотря на то, что со мной случилось!
Осман словно подарил мне новую надежду.
Весь вечер он ни на шаг не отходил от меня, окружая своей заботой и сияя при каждом взгляде на меня. Он всегда смотрел на меня так, словно я была центром его вселенной, но сегодня его взгляд изменился, став еще пронзительнее и ярче.
– О чем ты думаешь? – не выдержав больше взгляда аквамариновых глаз, спросила я.
– О том, что я – счастливейший из мужчин, а также о том, что попал в точку с этим платьем.
Ты в нем словно русалка, – прошептал он, наклоняясь в мою сторону.
Я напряглась, думая, что он пытается приблизиться ближе, чем того позволяли приличия, но, к моему облегчению, Осман, словно очнувшись, отклонился, выпрямляясь во весь свой немаленький рост.
– Кстати, насчет цвета, должен признаться – мне помогли. Я долго выбирал между розовым и зеленым.
