Лучше быть разведенной, чем бояться собственной тени, опасаясь того, что он расскажет о том, что случилось между вами вне брака.
– Что такое, Лисичка? – проходя в мою спальню вслед за Линой, спросил отец, заметив мое опухшее от слез лицо.
Я словно вернулась в прошлое. То, что произошло три года назад, повторялось. Мне снова приходилось врать отцу и подводить его.
– Пап, я хочу поговорить с тобой, – комкая в руках салфетку, начала я, стоило Лине выйти, оставив нас наедине.
– Эй, ну что такое? Ты меня пугаешь, – присаживаясь рядом и внимательно вглядываясь в меня, спросил родитель.
– Пап, я – просто ужасная дочь! – искренне сказала я, не зная, как начать непростой для себя разговор. – Я – ваше с мамой наказание, а не дочь!
– Дело в том парне, Лисичка? – серьезно спросил отец. – Я видел Алихана в отеле.
Я застыла, не зная, что сказать. Всегда ненавидела врать отцу и делала это только в крайних случаях.
– Я так сожалею о своем решении, – потупив взгляд, призналась я. – Я не должна была разрывать помолвку ради своих глупых амбиций.
Моя работа не стоила того, чтобы бросать Алихана. Я слишком поздно это поняла, но, даже осознав это, я была так упряма, что отрицала свою ошибку. Да еще и согласилась на брак с Османом. Я не знаю, что теперь делать. Я не хочу рушить жизнь Османа. Ведь после того, как Алихан приехал сюда, я поняла, как ошиблась, согласившись на брак без любви, – придерживаясь версии, предложенной этим гадом, продолжала я свою пламенную речь, боясь даже взглянуть на отца.
Видеть разочарование в его глазах было выше моих сил.
Я знала, что будет нелегко, но молчание отца угнетало.
– То же самое ты говорила три года назад, дочь. Откуда мне знать, что ты снова не передумаешь?
Его «дочь» больно ужалило меня, но я изо всех сил попыталась сдержаться, не показывая того, что творилось внутри меня.
С каждым словом отца я ненавидела Алихана все больше и больше и понимала, что приняла правильное решение. Я не могла спустить ему всю ту боль, что он причинил мне и моей семье.
Из-за него мне приходилось врать и изворачиваться. И из-за него же я три года была отлучена от родных, вынужденная прятаться в чужой стране, делая вид, что работа и карьера – предел моих мечтаний.
Он должен был заплатить за все то зло, что причинил мне. И он заплатит! Я отплачу ему той же монетой, он влюбится в меня во что бы то ни стало! И тогда я покажу ему, каково это, когда твое сердце и доверие разбивают!"
"– Я не могу сопротивляться своим чувствам, пап.
