Устав от этого бессмысленного разговора, я, развернувшись, направилась к двери, с твердым намерением позвать охрану, дежурившую на каждом этаже.
Плевать, что будет, я больше не была намерена его терпеть.
– Ну ладно, поиграли, и хватит, – захлопнул он дверь прямо у меня перед носом.
Откуда только такая прыть?! Только что ведь лежал, расслабленный!
– Уйди с пути! Клянусь богом, я закричу! – разворачиваясь и метая в него молнии взглядом, прошипела я, разозлившись, что он позволял себе такую близость.
Алихан буквально вжимал меня в дверь, давая почувствовать твердость своего тела даже сквозь слои одеяла, в которое я куталась.
Загнав в ловушку своих рук, подонок смотрел на меня словно собака – на желанную кость. Сердце зашлось от страха: ведь неизвестно, что он мог сделать со мной. Если он снова зажмет мне рот, я не смогу ни вырваться, ни закричать. В его бесчестности я давно убедилась. Ничто не помешает ему сделать со мной то, что он хочет. А по тому, что прижималось к моему животу, было ясно – хочет он явно многого.
Понять бы еще, зачем? Недостатка в девушках у него никогда не было, неужели решил вновь втоптать меня в грязь? Или хочет выставить в неприглядном свете перед Османом?
– Не стоит так паниковать, – явно заметив ужас, отразившийся на моем лице, сказал Алихан. – Я просто хотел поздороваться, по старой дружбе, так сказать, – тоном, леденящим душу, сказал он, отодвигая меня в сторону и выходя из номера. – Спокойной ночи, малышка, увидимся за завтраком.
Не в силах поверить, что отделалась испугом, я тут же захлопнула дверь и в бессилии опустилась вдоль стены, издавая жалобный всхлип и снова пускаясь в слезы. Так хотелось позвонить папе и пожаловаться, как бывало в детстве, когда очередной хулиган дергал меня за косы. Но я уже выросла, и проблемы у меня были куда серьезнее, чем в школьные годы.
Почему я не могла проснуться и понять, что все это – просто очередной кошмар? Пойти в комнату к родителям и лечь между ними, слушая успокаивающий голос мамы и чувствуя поглаживание отца по голове?
Возможно, если бы я рассказала все в тот злосчастный день, родители поняли бы меня.
Я даже уверена: несмотря на позор, что я навлекла на них, отец не стал бы меня винить. В отличие от других наших соотечественников, которые за такое просто убили бы опозорившую их девушку, мои родные заставили бы Алихана заплатить. Но та глупая Диля все еще надеялась, что он осознает свою ошибку и вернется к ней.
