На Королевском тракте ей понадобится теплая одежда… и к тому же…
Арья встала на колени на землю, посреди разбросанных платьев. Она нашла тяжелый шерстяной плащ, бархатную юбку, шелковую рубашку и несколько нижних, платье, которое мать вышила для нее, серебряный детский браслет, который можно было продать. Отбросив в сторону разбитую крышку, она запустила руку в сундук в поисках Иглы. Свой меч она все время прятала на дне, подо всеми вещами, но теперь они были разбросаны вокруг, и на миг Арья уже испугалась, что клинок нашли и украли.
Но пальцы ее ощутили твердый металл под атласным плащом.
— Вот она, — прошипел сзади нее голос.
Арья в испуге обернулась. Позади нее стоял конюшенный мальчишка с выражением блаженства на лице; запачканная белая нижняя рубашка торчала из-под грязной куртки. Сапоги его были вымазаны конским пометом, в руках он держал вилы.
— Кто ты? — спросила она.
— Она не знает меня, — проговорил он. — Но я-то ее знаю! О да. Ты — волчья девочка.
— Помоги мне заседлать коня, — попросила Арья, потянувшись назад в сундук за Иглой.
— Мой отец — десница короля, он наградит тебя!
— Твой отец умер, — сказал мальчишка и направился к ней. — Это королева наградит меня. Иди сюда, девочка.
— Держись подальше! — Пальцы ее сомкнулись на рукояти Иглы.
— А я говорю, иди сюда. — Он крепко ухватил ее за руку.
Все, чему учил ее Сирио Форель, исчезло в биении сердца. И в короткий момент внезапного ужаса Арья сумела вспомнить лишь тот самый первый урок, который преподал ей Джон Сноу.
Она ударила его острым концом, направив кинжал вверх, с дикой истерической силой.
Игла пронзила кожаную куртку и белую плоть на его животе и вынырнула между лопаток. Мальчишка выронил вилы и не то вздохнул, не то негромко ойкнул. Руки его сомкнулись на клинке.
— О боги, — простонал он, когда его нижняя рубаха начала багроветь. — Вынь его.
Когда она сделала это, он умер.
Кони визжали, Арья стояла над телом в тихом испуге перед лицом смерти. Кровь хлынула изо рта мальчишки, когда он рухнул, еще больше алой жидкости вытекло из раны в животе, скопившись лужицей под телом.
Он порезал руки, которыми ухватился за клинок. Арья медленно попятилась. Игла багровела в руке. Надо уходить отсюда подальше, куда-нибудь в безопасное место, где не было видно его обвиняющих глаз.
Она вновь схватила седло и уздечку и подбежала к своей кобыле. Но, закинув седло на спину лошади, Арья вдруг с болезненным ужасом поняла, что ворота замка будут скорее всего охраняться.
