— А кто твой папаша, парень, городской крысолов?
— Десница короля, — отвечала Арья.
Оба расхохотались, но потом старший замахнулся кулаком, небрежно, как отгоняют собаку. Арья заметила удар быстрее, чем рука дошла до нее. Она отскочила в сторону невредимая.
— Я не мальчик. — Она плюнула к их ногам. — Я Арья Старк из Винтерфелла, и если кто-нибудь из вас притронется ко мне рукой, мой лорд-отец прикажет насадить ваши головы на пики. Если не верите, позовите Джори Касселя или Вейона Пуля из башни Десницы. — Она уперла руки в бедра.
— А теперь открывайте ворота, или кому-нибудь нужно дать по уху, чтобы лучше слышал?..
Когда Харвин и Толстый Том привели ее домой, отец в одиночестве сидел в солярии, масляная лампа неярко горела возле его локтя. Он склонился над самой большой книгой из всех, которые видела Арья; потрескавшиеся желтые страницы пухлого фолианта в кожаной обложке были исписаны неразборчивым почерком. Отец закрыл книгу, чтобы выслушать сообщение Харвина. Поблагодарив своих людей, он отослал их и с суровым лицом повернулся к Арье.
— Понимаешь ли ты, что я разослал половину своей стражи искать тебя? — сказал Эддард Старк, когда они остались вдвоем. — Септа Мордейн от испуга наполовину потеряла рассудок. А сейчас она отправилась в свою септу молиться о твоем благополучном возвращении. Арья, тебе ведь известно, что я запретил вам выходить за ворота замка без моего разрешения.
— А я и не выходила из ворот, — выпалила она. — Я не хотела этого. Я была в подземелье, а потом они повернули в этот тоннель; там было темно, у меня не было ни факела, ни свечи, поэтому мне пришлось последовать за ними.
А вернуться назад тем путем, которым пришла, я не могла из-за чудовищ. Отец, они говорили, что хотят убить тебя! Не чудовища, а двое мужчин. Они не видели меня. Я стояла тихая, словно камень, и спокойная, словно тень, но я слышала их разговор. Они сказали, что у тебя есть книга и бастард и что если один десница мог умереть, то может погибнуть и другой… Это и есть та книга? А Джон — бастард?
— Джон? Арья, о чем ты? Кто это говорил?
— Это они, — объяснила она.
— Жирный такой человек с кольцами, с раздвоенной желтой бородой, и другой — в кольчуге и стальном шлеме. Жирный говорил, что им нужно медлить, а другой торопил его, он сказал, что не может вечно жонглировать, и волк со львом пожрут друг друга, и это будет фарс. — Арья попыталась вспомнить разговор, но она не все поняла тогда, а теперь мысли совсем смешались в ее голове.
