– Я – Микелина Горнели! – Выплюнув ему в лицо, доведенная до предела девушка резко дернула головой, не жалея своих волос. – Будь добр, хоть раз признать эту простую истину. С меня хватит этой бесхребетной синьорины Риччи. Ненавижу ее. Ненавижу эту проклятую сделку. И всем сердцем ненавижу тебя!
Отстранив свою руку от ее затылка, Моретти внимательно всмотрелся в свирепое лицо своей непокорной бунтарки.
Не обратив внимания на слова о ненависти, Рикардо плотно сжал губы, впервые не удержав на своем лице лицемерную маску полнейшего безразличия.
Нет. Все не так. Он знал, что она что-то испытывала к нему. Он чувствовал это. Читал в ее глазах. Слышал в ее голосе. Различал в едва слышной мольбе…
Ещё утром он думал, что у него все под контролем и его нежный котенок будет ждать его с распростертыми объятиями в своей постели. Но на деле все вышло совсем не так. Нежный котенок внезапно превратился в мерзкую гиену, вонзившую в него свои острые зубы в самый неожиданный момент.
С огромным трудом отбросив от себя разъедающие душу противоречия, мужчина шумно вздохнул, вновь пытаясь увидеть перед собой того невинного, одинокого ребенка, который каким-то образом смог завладеть всей его сущностью.
Ему нужна была правда. Правда из ее уст. Та самая правда, которая успокоит его терзающуюся душу, стирая навеки образы двух людей на его собственной кровати.
– Почему? – Наконец хрипло спросил он, в упор смотря на нее. – Почему ты была в одной постели с Тедеско?
Ее тело начал бить дикий озноб. Резко «проснувшееся» сознание с трудом понимало всю серьезность происходящей ситуации.
Но даже сейчас Микелина все ещё отчетливо помнила свою обиду на столь гнусное предательство стоящего перед ней брюнета.
Пошло все к черту!
Она не станет просить прощения и оправдываться перед очередным изменившим ей ублюдком.
– Не твое дело! – Грубо прохрипела она в ответ, медленно поднимаясь на ноги посреди ванны.
Ее снова мутило.
Проклиная выпитый ранее коктейль, Мике устало закрыла глаза.
– Мне нужно выйти на свежий воздух.
– Кое-как выбравшись из воды, поспешно известила она.
Решительно направившись к двери, Микелина непроизвольно замерла на месте, услышав четкий приказ оставшегося позади человека.
– Стоять! – Беспрекословно зарычал Моретти. – Считай, что с этой минуты все балконные двери в этом доме для тебя заперты. Мне не нужна взбирающаяся на карнизы самоубийца. Если тебя так это заводит, вытворяй подобные трюки под крышей собственного дома, но не здесь.
