– Небрежно махнув рукой, она, казалось, вновь вернула себе былую беззаботность. – Это доброкачественная опухоль. Совсем небольшая. Но мой врач сказал, что ее все же лучше удалить.
Облегчённо вздохнув, Рикардо устало стер невидимые крупицы пота со своего лба.
– Значит, все не так уж плохо. – Слабо приподняв края губ, констатировал он. – Благодари бога за это.
Глаза Оливии вмиг расширились.
– Не так уж плохо?! – Не веря собственным ушам, ошеломленно повторила она. – Рик, мне хотят сделать дыру в груди, а ты говоришь, что я ещё должна кого-то там благодарить?! Ты представляешь, что это значит? Это будет шрам! Мерзкий, уродливый шрам, подаренный мне на тридцатилетие!
Широкоплечий мужчина молчаливо улыбнулся.
Вот теперь он узнавал истинную Оливию Хант во всем своем великолепии.
Отдышавшись после своей буйной тирады, Оливия кое-как взяла себя в руки, решив пересесть с кресла на диван. Возможно, в непосредственной близости до Рикардо быстрее дойдет вся сложность случившейся ситуации.
– Ты сделал мне идеальную грудь. Многие до сих пор гадают: настоящая она или нет? Но как бы там ни было, ею восхищаются. И я не хочу, чтобы ее уродовал какой-то криворукий хирург-новичок.
Сделав глубокий вдох, Рикардо скрестил руки на груди.
Кажется, он наконец-то начинал понимать, к чему именно она клонит.
– Что ты хочешь конкретно от меня? – Прямо спросил он.
Поспешно встав на ноги, Оливия взяла с комода свою дамскую сумочку, быстро достав из нее какой-то небольшой буклет.
– Я хочу, чтобы ты вспомнил вот это. – Бросив цветную брошюру на свободное место дивана, требовательно произнесла она.
Безмолвно посмотрев на рекламный проспект, с изображением своей частной хирургической клиники в Майами, Моретти недоверчиво покачал головой.
– Я хочу, чтобы ты вырезал эту хрень из меня без видимых шрамов! – Меж тем бойко продолжала Хант. – Я доверяю только твоим «золотым» рукам. Рик, у тебя талант. Настоящий талант… А ты променял его на какие-то там документики и прочие занудные разговоры.
"
"Напряженно ожидая ответа, Оливия начала раздраженно ходить взад-вперед, словно не могла больше стоять на одном месте.
Взяв буклет, Рикардо безмолвно покрутил его в руках, с легкой грустью вспоминая былые годы пластического хирурга. Даже тогда, находясь в ссоре с отцом, он знал, что своей клиникой обязан лишь вкладу Туллио Моретти, который, не смотря на упорство сына, все же помог ему с открытием его собственного дела.
