Какое-то время она молчит, а затем касается моей щеки и проводит большим пальцем по щетине на челюсти. Она облизывает губы, и я чуть не кончаю в трусы.
– Если ты боишься, что я захочу чего-то большего, то не надо. Я только ищу связь на одну ночь. Загрузка по учебе в этом семестре просто сумасшедшая, у меня тоже нет времени на отношения.
– Дело не в отношениях, – пытаюсь объяснить я. – Дело в сексе вообще. Как только я им занимаюсь, я хочу продолжать им заниматься. Я отвлекаюсь и…
Она опять меня перебивает:
– Хорошо, никакого секса.
Давай я просто тебе отсосу.
Я чуть не давлюсь собственным языком.
– Джина…
– Забей, мне это тоже доставит удовольствие. Минет очень меня возбуждает.
Это пытка.
Чистой воды пытка.
Вооруженным силам случайно не нужны идеи, как кого-то сломать? Дайте им озабоченного студента, посадите ему на колени горячую телку, и пусть она говорит ему, как хочет только секс без презервативов, и предлагает ему минет, потому что это очень ее возбуждает.
– Прости, – сумел прохрипеть я, а потом совершил еще больший подвиг: снял ее со своих колен и встал на ноги.
– Я сейчас не в том состоянии, чтобы заниматься… хоть чем-то из этого.
Она остается сидеть, уставившись на меня снизу вверх. Ее глаза расширены от недоверия и доли… как мне кажется, сочувствия. Господи. Теперь меня жалеют из-за моего воздержания.
– Прости, – повторяю я. – И просто чтобы ты знала: ты самая горячая девушка на этой вечеринке, и мое решение никак не связано с тобой. Я дал себе обещание еще в апреле и хочу его сдержать.
Джина закусывает нижнюю губу. А затем, к моему удивлению, на ее лице появляется проблеск восхищения.
– Не буду скрывать, – говорит она, – я даже в какой-то степени впечатлена. Мало кто из парней смог бы выстоять перед моей сексуальностью из-за своих убеждений.
– Мало кто из парней так же глуп, как и я.
Ухмыляясь, она вскакивает на ноги.
– Что ж, тогда еще увидимся, Хантер. Хотела бы сказать, что буду ждать тебя, но у девушек есть свои потребности.
И, разумеется, они не соответствуют твоим.
Посмеявшись, она уходит из кабинета, и я смотрю, как ее сексуальная задница покачивается при каждом шаге.
Я провожу обеими руками по волосам и издаю беззвучный стон в ладони. Я не знаю, должен ли я гордиться собой или надрать себе задницу за то, какой нелепой дорожкой пошел.
По большей части это и правда помогло мне оставаться сфокусированным на хоккее. Я выплескиваю всю свою сексуальную неудовлетворенность на лед.
