– Я сажусь и усмехаюсь при виде его напуганного лица. – Он хочет с тобой познакомиться.
32
ДемиЧерез несколько дней после Нового года мы с Хантером вместе идем к корпусу психологии. Это последняя лекция в этом семестре, и мы должны получить проверенные тематические исследования. Но в то время как я иду по дорожке летящей походкой, Хантер с кислым выражением лица еле переставляет длинные ноги. Он дуется не переставая с тех пор, как мы пообедали вместе с моим отцом.
– Боже, можешь изобразить хоть какую-то улыбку? – не выдерживаю я.
– Сегодня такой прекрасный день.
– Сейчас минус, мать твою, семь, и твой папа меня ненавидит. Сегодня не прекрасный день.
Я подавляю вздох.
– Он не ненавидит тебя. Ты ему понравился.
– Если под «понравился» ты имеешь в виду «отвратителен», то ты права.
– Ясно. Он уже не ненавидит тебя – теперь ты ему отвратителен. Кто-то чересчур драматизирует.
– А кто-то отказывается признавать правду, – ворчит Хантер. – Я твоему отцу не понравился.
Я опять хочу поспорить, но мне становится все сложнее найти убедительное объяснение поведению моего отца.
Я отказываюсь говорить это вслух, потому что не хочу еще больше ранить самолюбие Хантера, но обед был… ужасным.
Он прошел совсем не хорошо."
"Как бы я хотела, чтобы там была мама, которая смогла бы создать уютную атмосферу, но она еще во Флориде, и с самого начала по одну сторону баррикад были мы с Хантером, а по другую – мой отец. После целых двух вопросов о прошлом Хантера папа решил, что имеет дело с избалованным богатеньким мальчиком из Гринвича, штат Коннектикут.
Что совсем не правда: Хантер – самый приземленный человек, которого я знаю, и у него просто выдающееся трудолюбие. Но мой отец невероятно предвзят, и его невозможно удовлетворить. Он вырос в бедности и пожертвовал многим, чтобы оказаться там, где он есть сейчас, поэтому бесполезно говорить, что у моего папы особое отношение к любому, кто родился с серебряной ложкой во рту.
И его даже не впечатлили спортивные достижения Хантера.
Я думала, что это его точно расположит к себе. Я прямо заговорила о том, сколько надо работать, чтобы добиться успеха в спорте, но, мне кажется, к тому моменту папа уже намеренно включил свой сложный характер, потому что от моего комментария он просто отмахнулся. А это бред. Он большой фанат футбола, и я много раз слышала, как он говорил, что у футболистов невероятное трудолюбие.
Папа явно до сих пор на стороне Нико.
